— Держи, — ставлю на стол чашку, улыбка не сходит с лица. Закусываю губу и думаю над тем, предложить ли Михаилу приготовить ужин? Или ещё рано? Я бы, например, не отказалась от ещё одного забега.
«Извращенка» — фыркает внутренний голос, а я улыбаюсь ещё шире. Какая есть.
— Твоя проблема со статьёй решена, — произносит мужчина и переводит на меня взгляд.
Щёки моментально вспыхивают. Потому что я вспоминаю про Майю и про ситуацию, которая случилась, когда мы увидели подчинённого Медведя в университете.
— Мне нужно занести статью?
— Если хочешь, можешь занести.
Но вопрос уже решён.
— Я занесу, — произношу в ответ, — не хочу, чтобы моя оценка была нечестной.
Михаил слегка прищуривается, а после я вижу, как уголок его рта немножко дёргается вверх.
Сердце учащает ритм, когда мужчина отодвигает свой стул от стола, а после притягивает меня к себе. Секунда и я оказываюсь на его коленях.
— Всегда была такой честной и ответственной? — Его голос хрипит, горячее дыхание задевает кожу, от чего внизу живота всё вспыхивает.
— Я стараюсь… поступать правильно. — Уклончиво отвечаю на вопрос. Потому что в начале нашего знакомства я врала Медведю. Лапшу на уши вешала только так.
— А мне врала и не смущалась. — Михаил произносит это с ноткой юмора. По голосу слышу.
— У меня выхода не было! — Щёки вспыхивают. Я разворачиваю лицо к мужчине, вижу, как он скалится довольно.
— Про бабулю хорошо стелила. — Продолжает надо мной смеяться.
— Между прочим, про бабулю не всё неправда. Она у меня в другом городе живёт.
И, возможно, я когда-то подарю ей массажёр.
— Внучка года, — Медведь снова смеётся, а я толкаю его легонько в плечо.
— Ты себя вёл не лучше, — произношу в ответ, — я, между прочим, работу из-за тебя потеряла! Твой друг Дмитрий был готов меня нанять… — Стоит мне произнести это игривым тоном, как Медведь моментально сжимает пальцами мои ягодицы.
— Не зли меня этим случаем, — хрипит в лицо.
Вижу, как вспыхивают его глаза. Михаил меня ревнует?
— Ты сам начал эту тему.
— Вредничаю, довольно улыбаюсь. Он ещё тогда меня приревновал, в кабинете своего друга? Поэтому все те вещи неприятные наговорил?
Михаил разворачивает меня так, что я оказываюсь верхом на нём. Перекидываю ногу. Седлаю мужчину. Стоит мне только раз поёрзать на нём, как чувствую, что его твёрдая эрекция упирается в бедро. Этого шалунишку даже ткань брюк не сдерживает.
— Ой, — выдаю тихонько, — а я хотела предложить приготовить тебе ужин…
— Приготовишь, после.
