Все, чего мне хотелось в тот момент, это избавиться от ужасного чувства вины и ярости, теснившихся в моей груди и приносивших страдание. Я хотела выбросить его из своей жизни. Из своей души.
Мне хотелось двигаться дальше. Возможно, я уже двигалась. По большому счету.
Мне все еще хотелось поколотить этого осла, но я решила заставить его пожалеть о том дне, когда он встретился со мной. Единственный способ сделать это – уничтожить его и Мэри на льду. И я сделаю это. Мы с Иваном сделаем.
– Я тоже беспокоился о тебе, Джесмин, – сказал он, отчего я закатила глаза.
– Я по-прежнему беспокоюсь о тебе. Когда я услышал о твоем растяжении, я переживал. Я хотел позвонить тебе, но… я не смог.
Да, я опять закатила глаза, услышав эту неприкрытую ложь.
– Хорошо.
– Ты не понимаешь…
Вскинув руки, я уронила их вниз.
– Хорошо, Пол. Скажи мне. Прямо сейчас. Что ты хочешь услышать от меня, а? Что ты оставил меня, потому что рассчитывал, что у тебя будет больше шансов победить?
Мужчина опять изумленно открыл рот, проведя ладонью по лицу и по эластичному бело-голубому трико, которое было на нем надето.
– Почему ты всегда все выворачиваешь наизнанку, Джес? Я не меньше дюжины раз брался за телефон, чтобы позвонить тебе…
Единственное, чего мне хотелось, так это чтобы он замолчал. Заткнулся.
– Честное слово, провалиться мне на этом месте, я не хочу больше разговаривать с тобой. Никогда больше. Что бы ты ни думал или ни переживал, какие бы извинения ты ни придумывал для того, чтобы оправдать свой поступок… живи с этим.
Решай свои проблемы. Если ты знаешь меня хотя бы наполовину так хорошо, как ты думаешь, ты понимаешь, что я никогда не прощу тебя.
– Джесмин, я…
– Нет. Не пытайся. Если встретишь мою маму, беги сломя голову. Если встретишь меня, разворачивайся и делай вид, что не видишь, – сказала я ему странно спокойным голосом. – Я бы простила тебя, если бы ты сначала поговорил со мной. Я бы простила тебя, если бы ты сказал, с каким трудом ты нашел партнершу, с которой можешь «работать по-настоящему».
И я могла бы в конечном счете простить тебя за то, что ты выбросил меня из своей жизни. Но я этого не сделаю. Я не настолько добра. – Я отвела глаза в сторону, сделав безразличное лицо, и произнесла: – Тебе лучше уйти. У меня уйма дел, и зрители в твоем лице мне не нужны.
Пол Джонс захлопал глазами. Клянусь, у него даже слегка вибрировал подбородок. Но он в свойственной ему манере посмотрел в сторону и вздохнул, сжав губы:
– Джесмин, послушай…
– Просто уйди.
