При этом Иван находился в позиции циркуля, что, в сущности, выглядело так, будто он сидит на воображаемом стуле, слегка отставив одну ногу назад так, чтобы зубец конька упирался в лед, а моя голова находилась на том же уровне, что мое колено, то есть я едва не скользила ею по льду.
Это был один из моих любимых моментов.
Но глядя на нас в журнале… я заметила кое-что еще.
У Ивана оказались невероятно четко очерченные мышцы бедер и голеней. Рука, державшая мою руку, была длинной и сильной, а видимые на снимке плечо и шея смотрелись поразительно грациозно.
Иван выглядел удивительно. Он был идеальным живым образчиком всего того, что формирует фигурное катание: элегантности, мощи и гибкости."
"И я тоже, черт побери, выглядела вполне прилично. Джоджо не стал бы слишком причитать. Фотография была сделана под таким углом, что у меня были затенены практически все бедро, очертания ягодицы, кожа на бедрах, отдельные брюшные мышцы и тело вплоть до руки, державшей ладонь Ивана.
Это было произведение искусства. Произведение искусства, которое стоило всего того дерьма, которое я могла бы получить по электронной почте, которую Иван теперь фильтровал для меня. Это было прекрасно.
Нужно было сделать копию и вставить в рамочку.
– Что ты думаешь? – спросил мужчина рядом со мной.
Глядя на выпуклые мышцы, покрывающие его ребра со спины, я ответила:
– Отлично получилось.
Я даже не удивилась, когда в ответ он пихнул меня локтем.
* * *Я совершила ужасную ошибку.
Ужасную, ужасную ошибку.
Мне нужно было остаться дома. Мне нужно было поехать к Ивану. Мне нужно было остаться в КЛ.
Мне нужно было сделать все, что угодно, только не ходить на семейный ужин и не встречаться с отцом.
Потому что легко пренебречь тем, что любовь трудна для понимания. Что кто-то может любить тебя и желать тебе добра и в то же время сломать тебя пополам. Такое случается, когда любовь идет по ложному пути.
Такое возможно, когда любишь слишком сильно. Слишком неистово.
А мой папа мастерски справлялся с этой задачей, если речь шла обо мне.
Я все время сидела на другом конце стола, изо всех сил стараясь не привлекать к себе никакого внимания, после того как впервые после годичного перерыва обнялась с отцом. Это было затруднительно, во всяком случае, для меня. Все мои братья и сестры, и даже мама обняли его, поэтому и я обняла.
