Обернувшись на Ивана, я удивленно вскинула брови, а потом вошла в кухню, ожидая, что он в тот же самый момент последует за мной. Джонатан выбросил руки в воздух за долю секунды до того, как комнату наполнил звук чего-то, упавшего на гранитный пол.
– Нет! – прошипел мой брат в тот же момент, когда моя сестра Тэйли произнесла: – Как ты смог так напортачить?
– Знаешь, он не мастер играть в «Дженгу»[20], – бросила я, подходя со спины к телу, которое, как мне было известно, принадлежало моей сестре. Как раз в тот момент, когда я коснулась ее макушки, она обернулась.
– Джесмин, – взвизгнула Руби, которая была чуть старше меня, протягивая ко мне руки, которые словно в нерешительности замерли на полпути между нами. Она всегда была нерешительной.
Я даже не вздохнула, я только обвила ее руки своими, заметив, что ей потребовалась целая секунда для того, чтобы обнять меня в ответ.
– Я все время заезжаю сюда, и ты меня никогда так не обнимаешь, – фальцетом произнес Джоджо, сидевший за столом напротив.
Не выпуская Руби из объятий, я повернулась к нему и сказала:
– Потому что она никогда не заходит в ванную, когда я принимаю душ, и не выливает на меня кувшин ледяной воды.
– Ты все еще злишься из-за этого? – спросил мой брат, ставя локти на стол и ухмыляясь так широко, что всем стала видна щель между его передними зубами.
– Ты сделал это на прошлой неделе, – напомнила я ему. – И двумя неделями раньше.
– Я только пытался помочь тебе… – начал он говорить прежде, чем сидевший рядом с ним Джеймс довольно сильно толкнул его локтем, чтобы привлечь его внимание, пока тот потирал свою руку.
– За что?
Джеймс показал глазами за мою спину, еще раз двинув локтем свою половину.
Теперь или никогда?
– Иван подвез меня до дома, потому что у меня не завелась машина, – объяснила я, наблюдая за всеми ними, все они, даже мама, стоявшая у духовки, повернулись и пытались заглянуть мне за спину. – Внимание все, это Иван, Иван – это все.
Мой брат взвизгнул.
Джеймс снова толкнул его локтем. Моя сестра Тэйли захлопала глазами. Рука Руби, лежавшая у меня на пояснице, дернулась. Мама не отреагировала никак, точно так же, как красивый блондин и муж моей сестры, сидевший на табурете справа от меня.
– Привет, – обратился к ним Иван, вероятно решивший быть вежливым.
Ему ответила мама:
– Привет, Иван, – обходя остров и вытирая руки о фартук, надетый поверх ее одежды. – Приятно снова увидеть тебя.
