Там, душа моя, мне позавчера открылось удивительное явление. Ты смеешься сейчас, я знаю, а зря: я тебе чистую правду пишу. В общем, поднялся я один пару дней назад в горы, но невысоко, лишь затем, чтобы оглядеться. Мы с Мишкой собрались нашу обыкновенную вылазку устроить в последний день, вот и я решил времени зря не терять и провести, так сказать, маленькую разведку. А здесь все эти дни, что мы работаем, по утрам стоит туман, и мне пару раз больших трудов стоило удержаться, чтобы не выйти с завтрака с ложкой и не попробовать черпать его – до того он густ.
Так вот, милая моя, поднялся я не так чтобы высоко и остановился возле глубокого обрыва. А в обрыве плавает туман. Я уже собрался возвращаться, но тут поднялось солнце, и лучи рассекли туман. И, представь, я увидел, как из тумана поднимается остров – высокий, со скалами, о которые бьются волны; если бы это было похоже на мираж, и то я сказал бы, что миражей такой красоты не бывает, но это был вовсе не мираж, а какая-то удивительная иллюзия. Продолжалась она минуты три, и все это время я стоял там и думал только об одном: как бы показать тебе, душа моя, эту бесподобную красоту.
А затем греза растаяла, и стало видно, что мой остров – всего лишь верхушка невысокого пика, а волны под ним – туман в лучах солнца.
И я, ты не поверишь, чуть не заплакал. Не могу тебе толком объяснить, но мой остров – он был так невыразимо прекрасен, будто я всю жизнь мечтал о том, чтобы оказаться на нем, и сам не осознавал своей мечты. А когда осознал и увидел ее воочию, мечта моя исчезла, а вместе с ней и часть радости.
И свет, и туман, и синее небо, и вершины самых высоких гор – все это было вокруг моего острова, и он родился из света, тумана, неба… Я путано пишу сейчас, знаю. Но у меня, Машенька, щемило сердце, пока я стоял там и смотрел на него и понимал, что больше никогда не увижу подобной красоты.
Но потом догадался, что такой эффект можно наблюдать не один раз, и все, что нужно для него, – лишь туман и солнце. Осталось мне только уговорить Мишку встать загодя и прийти сюда, а то он собрался невесть какое озеро фотографировать…
…И если все получится, душа моя, то, может быть, я покажу тебе на фотокарточке то, от чего я чуть не расплакался, а ты скажешь, как обычно, что я старый сентиментальный дурак, и будешь совершенно права.
Прибавь только – любящий тебя, и будешь права вдвойне. Но я все же надеюсь показать тебе среди прочей ерунды, которую Мишка разрешал мне фотографировать, место, где я был бы счастлив умереть.
