Поплавав вдоль берега, Вика выяснила, что достать бутылку из мешка под водой не может: бинт застревал в прорезях, намокшая ткань не позволяла растянуть горловину мешка. Поэтому Вика сделала простой узел, рассчитывая на то, что при необходимости вытащит весь мешок целиком, а потом снова привяжет.
Перед сном она вытащила плот на берег, поближе к себе, – к ее удивлению, с водой внутри канистр он оказался довольно тяжелым – и внимательно прочитала все пункты, записанные утром на песке, отмечая, что нужно будет сделать с утра, а о чем можно не волноваться.
Она опасалась, что соленая вода плохо подействует на рану, оставшуюся после гнойника, но выбирать не приходилось. Доверившись интуиции, Вика оторвала пластырь и оставила ранку подсыхать, надеясь, что не подхватит заражение от попавшего в нее песка.
Улегшись на матрас, девушка полежала несколько минут, обдумывая, что могла забыть, и вспомнила: нужно связать волосы сзади, чтобы они не мешали, не лезли в лицо! Иначе в критической ситуации она может потерять пару секунд из-за того, что волосы закроют глаза, а пара секунд – это много.
«Отрезать кусок бинта, перевязать их как лентой. И не забыть положить пластырь в мешок».
Ей пришло в голову, что всю ночь она не сможет заснуть, переживая из-за предстоящего плавания и выискивая все новые слабые места в своем плане, а потому будет невыспавшейся и слабой. На этой мысли Вика закрыла глаза и тут же заснула, провалившись в крепкий, глубокий сон без сновидений.
Проснулась она рано – солнце только поднималось, и океан был сине-золотистым. Первым делом Вика посмотрела, на месте ли плот. Несмотря на то, что Вика больше не видела кошмаров и не чувствовала, что за ней кто-то беспрерывно наблюдает, она допускала, что на острове все же есть люди. Но с того момента, как она нашла приготовленную для нее петлю, ее это больше не пугало. Один раз девушке подумалось, что, может быть, Экспериментатор обитает как раз на втором острове, куда она собралась плыть за помощью, но затем Вика решила, что это нелогично.
«Наблюдать за мной со второго острова нельзя – слишком далеко. И там наверняка есть люди, ведь остров большой; значит, этот тип может попасться им на глаза и вызвать подозрения».
Она и сама понимала неубедительность собственных аргументов, но ее они устраивали. «На втором острове есть люди, они помогут».
Плот лежал рядом – четыре голубые прозрачные банки, в которых просвечивала вода.
