Он хотел Шейна во всех возможных позах, он хотел вылизать и испробовать на вкус каждую часть его тела одновременно. Но поскольку это было невозможно, ему пришлось определиться с приоритетами. И для начала он хотел упругую круглую задницу Шейна. Лу совсем немного стащил тонкий материал и прикусил одну из его ягодиц. Язык Лу танцевал по чувствительной коже, покрытой светлыми крохотными волосками.
Шейн выгнулся, приподнимая выше свою нуждающуюся в большем контакте задницу и потянулся, чтобы стянуть мешающие брифы еще ниже, но в последний момент остановился и, передумав, убрал руку, вернув ее обратно на подушку.
— О, умница, детка.
Лу вознаградил Шейна за сдержанность, стянув с него белье полностью и проведя влажную долгую дорожку языком по ягодице. Прошло так много времени с тех пор, когда Лу наслаждался подобным деликатесом, и он собирался лакомиться Шейном до тех пор, пока тот не будет полностью готов принять его."
"Шейн раздвинул ноги шире и Лу полностью раскрыл его, потершись губами о темное сморщенное колечко мышц.
Кожа здесь не была нелепо выбрита или депилирована, до гладкой как у младенца, у Шейна была абсолютно мужская задница и Лу удовлетворенно очертил кончиком языка несколько кругов по этим мышцам, расслабляя их и наслаждаясь стонами и проклятиями Шейна, пока, наконец, не перестал мучить их обоих и толкнулся языком чуть глубже. Вкус кожи взрывался на его языке, заставляя Лу ожить снова. Он толкнулся внутрь настолько глубоко, как только мог, и Шейн тут же уткнулся лицом в подушку, неосознанно двигая бедрами и трахая одеяло под собой.
Ллевелин лакомился задницей Шейна так, будто это был последний ужин умирающего.
— Трахни меня, Ллевел... Оттрахай меня своим языком…
Лу остановился лишь для того, чтобы перевести дыхание.
— Ты чертовски хорош на вкус, Шейн, — он снова хлопнул ладонью по его ягодице, и бледная кожа слегка покраснела, — но я собираюсь трахнуть тебя не только языком.
Лу взобрался повыше и всем своим весом лег на спину Шейна, снова придавив его к матрасу и шлифуя свой толстый член о его, теперь уже розоватую, задницу.
— Ох блядь… ты тяжелый. Как же мне это нравится… Чертовски нравится… — утробно урчал Шейн.
Лу повернул его лицо к себе, чтобы дотянуться до губ и впился в них долгим поцелуем. Они жадно ласкали друг друга языками, пока Лу не прекращал своих ритмичных покачиваний, толкаясь и потираясь меж ягодиц Шейна все быстрее и сильнее до тех пор, пока оба не были уже на грани оргазма.
— Трахни меня...
