Графиня, продолжавшая обнимать его за шею, сама не поняла, как ее ноги вдруг обхватили мощный торс любовника, внезапно ставшем для нее древнегреческим богом, и в следующий момент ее тело пронзила сладострастная судорога, уносящая в дикую бездну страсти. Время, как будто остановилось…
Виктория открыла глаза и повела взглядом по светильникам, стилизованным под средневековые факелы. Она по-прежнему лежала голая на обитом сукном столе и чувствовала себя в полном изнеможении, смешанном с каким-то неземным блаженством.
«О, черт, что это было сейчас? Я вырубилась от оргазма?» — мелькнула в проявляющемся сознании мысль, — «Ни разу такого не испытывала. А он знает свое дело. Обычно я трахаю мужчин, а этот… мастер, ничего не скажешь. Или это про то, что он там мне плел насчет настоящего оружия, познавшего кровь? Стоп, а откуда он вообще знает это? А если это колдун еще посильнее меня?»
Виктория приподнялась на локте и огляделась. Ростислав стоял обнаженный у стойки с артефактами и держал в руках посох, разглядывая его.
Опричник, словно почувствовав на себе взгляд, повернулся лицом к графине. Открывшаяся ей картина заставила невольно улыбнуться. Ее любовник стоял перед ней в полный рост в чем мать родила и опирался на царский посох. Она сразу даже не смогла решить для себя на кого он больше похож, на ветхозаветного Адама, еще не знавшего грехопадения, и неспешно прогуливающегося по райскому саду или уже на пророка Моисея, ведущего евреев через пустыню.
— Зачем ты взял его? — графиня встрепенулась и села на столе, уставившись на Ростислава, — к каждому предмету в этой комнате подведена отдельная система сигнализации и, если просто открыть стекло, за которым что-то стоит, сигнал тут же поступит на телефоны Стасу и начальнику охраны. А ты взял главный артефакт, хранящийся в доме.
— О, как все серьезно-то, — саркастически сказал Росс, осматривая посох."
"В этой комнате действительно было, что охранять.
За каждый предмет отсюда любой музей или коллекционеры заплатили бы столько, сколько запросили. Все, что здесь хранилось было подлинным и имело свою историю. Все! Кроме посоха. Ростислав понял это сразу, как только взял его в руки. Сначала подумал, что ошибся, крутил, вертел… и убедился, что это подделка. Удача словно выпорхнула из рук. То, что хранил, пряча от всех Беляков, было очень похоже на царский посох, который опричник видел много раз.
