– Может быть, это подкрадывается машина археологов?
Включили режим невидимости…
– Я бы определил их скорлупу по гравитационному полю, но объект невидим и дробится. Ни одна моя система не даёт однозначных результатов. Вакуум буквально «булькает», вот, посмотрите, – Виом показал пространство за кормой фрегата, пронизанное множеством крошечных, мгновенно тающих световых пузырьков.
– Амплитудная раскачка… – пробормотал Шапиро.
– Что?!
– На физическом языке это локальное нарушение симметрии.
Кто-то роет вакуум в тюрьму!
– Как это роет?! – удивился Дамир.
– Это засада! – скороговоркой произнёс Сабуров.
– «На уши»! – скомандовал Дарислав, теперь и сам ощутивший «прицеливание в спину». – Форсаж на «шпуг»!
– Куда? – хладнокровно спросил Твердыня.
– В режиме КГГ![12]
«Великолепный» прыгнул по вертикали вниз – к планетам-«грибам» – в режиме «ускорения ускорения».
На краткий миг люди во всех отсеках фрегата почувствовали удар гравитационного поля, достигшего при таком рывке предельных для защитной системы нагрузок: гравикомпенсаторы корабля нейтрализовали почти всю инерцию рывка, но и космолётчикам досталось не меньше двадцати «же»[13].
К счастью, всего лишь на сотую долю секунды.
Практически одновременно с прыжком пространство в районе местонахождения «Великолепного» – в двадцати километрах от планет-«грибов» – вскипело яростным клубом разноцветного пламени! Во все стороны полетели призрачные стрелы непонятной субстанции, не то дыма, не то пара, не то плазмы, достигая длины в несколько километров! Неизвестно, выдержала бы это нападение защита корабля, но досталось бы ему крепко.
Интерком принёс крики пассажиров:
– Атас!
– Вот дерьмо! Дьявол!
– Что за фигня?!
Но атака на фрегат ещё не закончилась.
Не успел компьютер отчитаться о состоянии систем после короткого форс-мажорного прыжка, как «крокодил» метнул в него одну за другой две молнии, насыщенные смертельным жёлтым блеском.
Однако экипаж «Великолепного» не дремал, продолжая нести дежурство и не упуская из виду ни одной детали происшествия, и ответ агрессору был адекватен.
Молнии отразила силовая пелерина, нейтрализовав девяносто процентов энергии разрядов. Остальные десять процентов приняла на себя обшивка фрегата, способная выдержать удар солнечного протуберанца. А затем по отсекам корабля пронёсся тихий, жалобный стон: компьютер активировал «нульхлоп».
