— Кичик-дада (младший дядя) пойдет бороться! Ну пойдем."
"— Ребята, — осаждает их мама. — Пусть кичик-дада сначала поест, а потом будете играть. Идите пока мультфильм смотрите, пока бувака (дедуля) не поставил “Бандитский Петербург”, - подмигивает она Исламу. Мельком смотрю на него — улыбается какой-то совершенно дурацкой подростковой улыбкой, хоть ему и под сорок. А вот Лейла — моя ровесница.
После бани плов с изюмом и нутом, соленые огурчики и горячий ароматный чай — самое то. Жена у брата все-таки прирожденная хозяйка.
Готовит подчас даже лучше моей тети — мамы Ислама.
— Вот смотри, Нариман, женишься и также будешь кушать каждый день. Отрастишь себе пузо, как у меня, — смеется брат и хлопает себя по животу.
— Ему не грозит, — усмехается невестка. — Он же занимается. Вон, посмотри. А я тебя никак не загоню.
— Мне в доме работы вот так хватает, — Ислам проводит большим пальцем по горлу. — То папа навес новый просит сделать, то мама требует летнюю кухню перестроить.
— Мальчики подрастут и помогут, — смеется Лейла и садится с нами.
На кухню входит удрученная тетя. Тяжело вздыхает, подходит к графину с водой и достает кулек с лекарствами.
— Апа, чай, — Лейла тут же подскакивает и предлагает свекрови сесть.
— Нет, кызым, таблетки свои пришла выпить.
— Что-то случилось? Вы бледная, — замечает Лейла.
— Ой, — вздыхает чон-апа. — К Искаковым скорая приехала. Ой, что ж это делается?!
— А что? Давление у кого-то подскочило?
— Сабина в обморок упала, — услышав это имя из уст тети застываю с ложкой в руке.
— Кааак? — жена брата прикладывает пальцы губам. — Может, беременна?
Хмурюсь, делаю вид, что ковыряюсь в тарелке и не слушаю местные сплетни.
— Говорят, в ванной упала. Таир дверь выбил, — продолжает тетя.
— Бедняжка. Только из больницы выписалась же.
— А что с ней было? — удивляется Исламхан.
— Я же тебе говорила! — восклицает Лейла. — Ты не помнишь что ли? Дочка Сабины отравилась натуральным соком и неделю лежала в токсикологии.
Я тебе еще сказала, что такие соки лучше не брать.
— Ты думаешь, я помню все про соседей? — наигранно обижается Ислам.
— Ой, дети. Если бы только это, — чон-апа садится за стол и разглаживает невидимые складки на тканевой скатерти.
— Еще что-то? — Лейла кладет ладони на стол и подпирает щеки кулаками.
— Гульвира сегодня к ним заходила и услышала, что Сабина с Таиром разводятся.
— Кааак? — хором спросили Ислам и Лейла.
— Вот так.
