Хотя я ничему не удивлюсь.
Шамиль спускает мои вещи на первый этаж, поднимает ручку на чемодане, кладет сверху спортивную сумку и везет весь мой скарб к выходу."
"На крыльце поворачиваюсь к родителям — а именно так я всегда их воспринимала — и по очереди обнимаю.
— Вы только за калитку не выходите, а то я расплачусь, — негромко прошу их.
Свекровь целует меня в обе щеки.
— Кызым, пожалуйста, не забывай нас, — плачет она.
— Нет, конечно.
— И Нафису привези, пожалуйста. Может, среди недели? — просит дада.
— Хорошо. Мне все равно надо заняться вопросом ее перевода в новый сад.
— Пусть у нас побудет, поиграет.
— Тогда в среду, — обнадеживаю его.
Кажется, за несколько дней, начиная с момента, как мы попали в больницу, он так постарел.
— Я поеду? — спрашиваю виновато.
— Езжай, — благословляют они.
Выхожу на улицу, назад не оборачиваюсь. Калитка с шумом захлопывается за спиной. Вот и все. Брат захлопывает багажник, обходит машину и открывает мне заднюю дверь.
— Садись, сестренка.
— Спасибо, ака.
Устроившись в водительском кресле и заведя мотор, он смотрит на меня в зеркало заднего вида.
— Жалко, не было твоего мужа. Надеялся с ним поговорить, — строго заявляет он. Они же с Таиром знают друг друга с детства, так как их родители давно дружат. Но интересы у них всегда были разные. Шамиль — это такой мужик-работяга, а Таир — интеллигент до мозга костей.
— Не надо, ака. Мы сами разберемся. Я не хотела, чтобы вы знали. А Ирада еще получит у меня.
— Ирада все сделала правильно.
По закону тебя должны были забрать кичик дада и кичик апа (имеются в виду родители Сабины, которые для Шамиля — младшие дядя и тетя — прим. авт.). Но раз так случилось, — вздыхает он. — Короче, на семейном совете мы решили, что это буду я. Пусть все знают, что за тебя есть кому заступиться.
— Семейный совет, который прошел без меня? — усмехаюсь я.
В одно мгновение калитка с грохотом открывается и я вижу помятого, небритого Таира. Он стучит костяшками пальцев по стеклу, просит, чтобы я дверь открыла.
Но я только спускаю окно.
— Чего тебе? — устало спрашиваю.
— Надо было меня разбудить, я бы отвез тебя, — оправдывается он. — И Нафису хотел увидеть.
— Не надо. Нам уже ничего от тебя не надо, — произношу равнодушно и поднимаю окно.
— Так, бл**ь, — рычит Шамиль и выскакивает из машины.
— Ака, стой. Не надо! — кричу ему вслед, но он не слышит.
— Иди сюда, гнида! — брат подходит к Таиру и одним ударом в челюсть сбивает его с ног.
