На Таире лица нет, он быстро передает мальчика своей любовнице и та явно этим недовольна.
— Иди сюда, Нафиса, — он садится на колени, тянет к ней руки и она падает в его объятия.
— Апака сказала, что ты летишь, как птица. А кичик-апа говорила, что ты гусь, — выдала все секреты дочь.
— Сабина, я же просил, — с укоризной цокает он.
Мимо нас проходят люди, мы мешаем движению. Чувствую за своей спиной поддержку девочек, но они пока молчат. Выжидают. Я сжимаю и разжимаю кулаки, делаю глубокий вздох. Ну же, Сабина, хватит быть тряпкой.
— Я тоже просила тебя, Таир! Ты перенес встречу с дочкой, потому что хотел отдохнуть после перелета. Так какого черты ты делаешь?
— Вы знаете, — подает голос его женщина. — Вас это уже не касается. Это наша жизнь.
— Рот закрой, — процедила я сквозь зубы, а сама думаю: “Господи, Сабина! Держи себя в руках. Здесь твоя дочь, она не должна видеть тебя такой!”
— Что простите? — сконфуженно переспросила она.
— Я сказала рот свой закрой. Я не тебя спрашиваю. Все, что надо, ты уже сделала с моей семьей и моим мужем!
— Вы с выражениями поосторожнее.
Я ведь могу ответить.
— Мне на твое мнение плевать.
Таир резко встает, держа на руках Нафису.
— Сабина, пожалуйста, это не место для выяснения отношений, — строго проговаривает он. — И давай без оскорблений.
— Ты снова делаешь это, Таир, — горько усмехаюсь я. — Снова выбираешь не дочь.
— Не ставь меня перед выбором, — серьезно говорит он, нахмурив брови. И меня этот его холодный тон и взгляд задевает до глубины души.
Словно толстой ржавой иголкой мне сердце проткнули.
— Потому что ты все равно выберешь ее, так? — показываю пальцем на любовницу, а та лишь усмехается. Конечно, ведь она выиграла эту битву.
— Сабина, мы встретились здесь случайно. Приехали по делу. Я хотел завтра подольше побыть с Нафисой.
— Я уже тебе не верю. Ни одному слову! Рейс у него задержали.
— Его правда задержали, — твердо отвечает Таир.
— Сабина, не надо, — дергает меня за руку Айка. — Пойдем.
Я не знаю, что на меня нашло.
Наверное, это все невысказанные обиды и гнев от того, что увидела картинку идеальной семьи, которой по сути у нас с Таиром не было. Они шли бок о бок, также как и мы когда-то. Только мне он так не улыбался.
— Папа! — Аслан оживает на руках своей матери и тянется к отцу."
"— Это мой папа! — Нафиса, все это время растерянно смотревшая на нас, крепко обнимает отца за шею и прижимается к его щеке. Всем своим видом она заявляет свои права на отца.
