– Что скажешь? – спросил подполковник «психолога», когда их собеседник удалился.
– Занятный парень, – неопределенно хмыкнул тот.
– Да я про странную пропажу и несчастные случаи, произошедшие с его одноклассниками, соседом и другими мальчишками этого возраста. Его работа? Мы уже выяснили, что именно они участвовали в нападении на парня. Мотив более чем серьезен. Ты только ответь: Он мог это сделать?
– Вполне мог. Но пойми, Савелий, все пропажи и несчастные случаи произошли в один день. Каким бы он ни был бойцом, он бы не смог провернуть все это в одиночку.
Думаю, он тут ни при чем.
– Вполне возможно. Мои парни пробежались и опросили всех свидетелей, что нашли, предъявляя фото Соколова. Никто его не опознал. Ни у речки, где нашли Свиридова, ни в парке у колодца с футболистом, ни в доме, где произошел пожар с семью погибшими, ни во время пропажи другого парня, что ехал в пионерлагерь. Никто его не опознал… Думаю, ты прав, нереально уничтожить столько людей за один день в одиночку, а контактов у Соколова не было.
Никто ему не помогал – это точно.
– У нас в этом деле только одно доказательство. Те женщины, что доставили его в больницу, сразу опознали парней как тех, кто избивал его. Так что Соколов вполне мог отомстить, тем более по его характеру. Но сделал ли он это?
– Пока возьмем его с испытательным сроком, присмотримся. А там дальше видно будет, – сказал подполковник.
– Принимается. Я тоже так подумал. Время покажет, что он за человек.
На следующий день к назначенному времени я появился в управлении, у дежурного на входе получил временный пропуск с указанием кабинета, где меня ждут.
Дальше пошла работа. По приказу Власова я начал вести некоторые записи, что его заинтересовали. Например, о том, что в это время было не известно или еще не придумали. Ведь во мне сосредоточились знания и опыт работы силовых подразделений за более чем пятидесятилетний период. Есть чему мне поучить предков.
Работали мы с ним три дня, пока он не собрал все исписанные листы в папки и не отбыл в Москву.
После отъезда подполковника жизнь потекла своим чередом, только вместо спортзала МООПа я стал ходить в спортивный комплекс, то есть в то крыло, где занимались сотрудники КГБ. Меня там многие знали, так что влился я в коллектив достаточно быстро. Согласно просьбе Власова, я не учил местных ничему серьезному и специфическому, только рукопашная, ножевой бой и особо – штурм помещений. За мной закрепили шесть сотрудников, с ними-то я и занимался.
