Теперь стало понятно, что горело. Это сарай разгорался у углового дома, где и шла стрельба. Но там уже плохо было видно, далековато. Ладно, хоть улица прямая, отсюда всё видно.
Тут я заметил, что пробежавшие мимо парни, уже удалившиеся метров на двести, метнулись в разные стороны, и если один укрылся у забора рядом с кучей промёрзших чурбаков, то второй споткнулся, сделал несколько неуверенных шагов и, выронив пистолет, мягко повалился на укатанную дорогу.
Из-за заборов и ворот выглядывали те жители, что были дома.
Двое пацанов стояли у открытых ворот дома напротив и, открыв рот, наблюдали за пожаром и стрельбой. Тут же из ворот выскользнула старушка и, схватив в охапку детей, метнулась обратно. Хлопнули ворота, и заскрежетал брус. Через секунду над забором показалась голова старушки в знакомом платке, стрельнула туда-сюда глазами и спряталась обратно.
Пострадавший продолжал лежать. Парень в шинели, успевший укрыться, покрутил головой и внезапно метнулся к нему и, не забыв подхватить оружие напарника, за шиворот потащил его к себе в укрытие.
Это сказало мне о многом. Только наши будут под пулями вытаскивать своих товарищей из-под огня. Будьте уверены, я это точно знаю.
Прикинув, где они укрылись, я метнулся к дворовым постройкам, пробежал через открытую калитку в сад и через другую калитку – на участок соседей.
– Тьфу ты, Игорь. Напугал, – вздрогнул сосед, когда я отвел вилы в сторону. – Ты чего?
– Там у тебя, дядь Богдан, где поленница, двое. Один ранен. Нужно его затащить сюда и оказать помощь.
– А они не эти?
– Вроде наши. Оружие табельное, – с деланой уверенностью ответил я. – Да и проверим, документы-то должны быть.
– Это да, – согласился сосед. – Пошли, у меня там ворота к поленнице ведут.
Ворота действительно были. Причем снаружи не заметные. Сосед просто выпилил части забора и повесил их на петли. А так как забор был из досок да цельный, без щелей, то мы смогли подойти близко и прислушаться.
Кто-то едва слышно бормотал:
– Сейчас, братуха. Подожди немного, их задавят, и помощь придет.
А там больница и врачи, всё будет в порядке.
В голосе отчетливо слышалось отчаянье. Значит, ранение серьезнее, чем мне казалось.
Услышав голос и о чем говорит «шинель», мы с соседом переглянулись. Точно наши.
– Эй, кто такие? – спросил я.
– Лейтенант Головачев. Управление КГБ, – ответили с небольшой заминкой.
– Сейчас ворота откроем и поможем вам. Только документы на всякий случай приготовь, – велел я и кивнул соседу.
