Через пару часов, после того как стемнело, поев и попив, я воспользовался парашей и, прочитав от силы еще пару листов, лег на диван и, укрывшись дубленкой, спокойно уснул. К моему удивлению, до утра обо мне так никто и не вспомнил.
– Вставай, – почувствовал я толчок.
Открыв глаза и зевнув, я посмотрел на уже знакомого незнакомца, которого дежурный назвал полковником Струговым. Шестерка Тобольского.
– Что, уже утро? – хмуро поинтересовался я.
– Закончил? – спросил он.
– Нет, спать захотелось, но пару листов я пролистал.
– Ты охренел, капитан?! – изумился тот.
– Я – нет. К тому же мне работать мешали, топали, орали, вот решил, что утро вечера мудренее.
Завуалированный вопрос пропал втуне, полковник не ответил, что там с Тобольским.
– Я не понял, ты работать будешь или нет? – набычился полковник.
– Зачем мне это? – задал я уже привычный вопрос.
– Это приказ начальства, – пытаясь усмирить ярость, ответил тот.
– Ну и что? Призвали вы меня обратно без моего на то согласия, ну с чего вы решили, что я буду вам помогать?
– Ты же помогал милиции.
– Так то милиции. Они меня не обманывают, даже благодарят. Большего мне и не надо, от вас же такого не дождешься, именно поэтому наше сотрудничество невозможно. А то, что вы якобы вернули меня на службу, я не признаю и признавать не собираюсь.
– Вот оно как? Про дочек напомнить? – усмехнулся полковник.
– А вот дочек попрошу не трогать, – нахмурился я.
Быстро прикидывая, как мне избавиться от полковника точно так же, как и от Тобольского. Только что полковник, как и Тобольский вчера, одной фразой подписал себе смертный приговор. Я подобного не прощаю и прощать не намерен. Тобольский тому пример.
– А раз не хочешь, чтобы что-то с ними случилось, работай. Понял?
Полковник вышел, а я сел подумать, сколько еще мне требуется отправить на тот свет подобных тварей, чтобы они оставили меня в покое.
Долго мне размышлять не дали, зашли двое незнакомых сотрудников и под ручки повели по знакомому маршруту, где я уже бывал несколько раз. То есть в кабинет председателя Комитета государственной безопасности СССР. Правда, хозяин сменился, но обстановка была та же. Пройдя к столу, я остановился и, вытянувшись по стойке смирно, стал смотреть перед собой отсутствующим взглядом. Андропов сидел за столом и хмуро смотрел на меня.
