Наконец скоростной запрет вместе с посёлком остался позади, и я стал наращивать скорость, но опомнившись, посмотрел на дочурку, что тыкала пальчиком в кнопки выключенного радио, сбросил скорость и поехал на стандартных девяноста.
Буквально через пять минут дед воскликнул:
– Смотри, что впереди творится! Дымит что-то… и хорошо так дымит. От немецких танков и машин такой же дым был. Техника горит, – уверенно добавил он.
На ближайшем повороте, когда лес, что рос по краям дороги, немного отступил, перед нами открылась настоящая трагедия.
При первом же взгляде стало ясно, что лихач на повороте не справился с управлением, на что намекали следы колес, идущих юзом, и боком влетел на остановку. По трагическому стечению обстоятельств она находилась на обочине рядом с дорожным ответвлением, ведущим к какому-то населенному пункту. Умудрившись снести бетонную остановку, лихач (а скорее уже гарантированный труп), улетел с высокой кручи, что находилась за остановкой, вниз. Так что машину мы не видели, только изрядный дым от нее.
У остановки стоял милицейский мотоцикл, одного гаишника не было видно, видимо спустился вниз, другой, сидя на корточках, что-то делал среди обломков, откидывая небольшие куски в сторону. С другой стороны трассы подъезжала легковушка, горбатый запорожец. Как раз на наших глазах полноватый водитель остановился, достал какую-то тряпку вроде кошмы и побежал на помощь. Еще из машины вылезла такая же полная женщина и стала тревожно смотреть в сторону дыма, но оставаясь у машины.
Больше никого на дороге пока не было.
«Похоже, у меня тут у одного машина оснащена от А до Я. И огнетушитель есть, и аптечка», – подумал я, сбрасывая скорость и притормаживая.
Сориентировался я быстро, сразу стал отдавать команды, притормаживая и поворачивая к обочине, противоположной той, где произошла трагедия.
– Деда, следи, чтобы мелкие не видели, что там происходит, им это еще рано, а я на помощь.
Заглушив машину и не забыв поставить ее на ручник, я сбегал к багажнику.
Ругаясь, перелопатил вещи, пока не нашел большой красный автомобильный огнетушитель, и с ним побежал к остановке.
При приближении стало понятно, почему второй милиционер не спускался. Среди обломков, что он поднимал, была видна окровавленная рука.
«На остановке кто-то был», – с замирающим сердцем понял я, глядя на окровавленную детскую ручку.
В это время обернувшийся сержант крикнул-спросил у меня:
– Аптечка есть?!
– Есть, и большая. Я медик.
