Пыли налетело изрядно, но ничего, пару раз чихнул только. Когда отверстие было проделано, я достал из ниши серебристый чемоданчик типа дипломат.
Положив его на столик и открыв замки вставленным ключом, откинул запоры, подняв крышку.
– Сколько тут? Гид говорила, что было полмиллиона франков, но на первый взгляд тут явно больше, – пробормотал я.
Быстрый пересчет подтвердил мое мнение: в чемоданчике был миллион франков крупными и мелкими купюрами.
– Вот шустрики. Похоже, кто-то снял неплохой процент при обнаружении тайника.
Снова закрыв дипломат, я запер его на ключ. Спустившись, прошел к гаражу и отпер замок ключом, что был в общей связке. В гараже стоял обычный такой «Пежо». Найдя лопату, я закинул ее в багажник. Также нашел брезент и тоже убрал в багажник. После этого завел машину и, дав ей прогреться, вылез и распахнул ворота гаража. Выгнал «Пежо», всё запер и поехал к выезду из города.
За два часа я выехал из города и закопал завернутый в брезент дипломат на приметном месте (браунинг я убрал к деньгам, было там немного места).
После чего вернулся и бросил машину в трущобах, оставив ключи в замке зажигания. Жаль, ни дом, ни машину сжечь было нельзя, нам нужно было выиграть время.
Отпечатки оставить я не боялся, так как был в перчатках. Бросив машину, я снял их с блаженным видом. За три часа руки в коже успели вспотеть и чесались. При возвращении в отель я бросил перчатки в дурно пахнущий и дымившийся мусорный контейнер, избавляясь от улик. Через полквартала поймал такси и поехал в свой отель.
Естественно, по привычке сообщил адрес в квартале от отеля.
На заказанный обед я заметно опоздал, но повара подогрели, поэтому пообедал-пополдничал я с немалым удовольствием и выдал чаевые (хотя питание входило в стоимость номера) не только официанту, но велел передать и повару. У меня было отличное настроение – тем более можно и пошиковать. В заначке семейной четы Дифье я нашел семнадцать тысяч франков. Если считать с теми, что собрал по карманам и бумажникам, почти двадцать выходит, и я уже прикидывал, куда их потрачу.
Безотчётные деньги, можно сказать. Ну, понятное дело, часть уйдет парням и Алексу. Творец велел делиться. Они же не знают, сколько я реально поимел. Так что не жалко. Оставлю себе тысячи три, мне точно хватит, остальное раскидаю между парнями и Апполикарпычем.
Пообедав, я тяжело отвалился от стола – суп был выше всяких похвал – и направился к себе наверх. Что я уже выполнил работу, никто не знает.
