Схватив громилу за рубаху, я приподнял его и прислонил к колонне. Пока я замахивался, оставшийся без поддержки громила в последнее мгновение шлепнулся обратно на пол, а я, не успев сдержать удар, снес покрытие колонны. Обломки плитки брызнули в разные стороны.
– Вот урод, – потряс я рукой. Она у меня хоть и тренированная, кирпичи ломаю без проблем, но удар был неожиданным. Я-то рассчитывал на мягкую дробящуюся под кулаком кость. – Н-на!
Пройдясь ногами по почкам громилы, я отошел в сторону и стряхнул с левой руки остатки рукава, после чего осмотрелся.
У громилы уже суетились те, кто слышал мой разговор, и бросали на меня сердито-испуганные взгляды."
"В это время в помещение зашел очередной посетитель, пропустив внутрь одну из моих дочурок.
– Папа? – завертелась та.
– Что, солнышко? – ласково спросил я.
Заметив меня, та радостно взвизгнула, подбежала и повисла на моих штанах, стягивая их и тараторя при этом:
– Папа, мороженое. Купи-и-и!
– Так вы только час назад по две порции съели, ничего у вас не слипнется? – поднял я дочурку на руки.
– Нет, – категорично ответила та.
– И я отвечу: нет. Вечером пойдем в цирк, тогда посмотрим, а слишком часто мороженое есть нельзя. Горлышко заболит, купаться не сможете, – втолковывал я дочурке.
– Ну-у-у, – захныкала та.
– Я сказал нет, и точка.
Женя сразу успокоилась, она уже знала: если нет, значит – нет. Вместо этого она завертела головой, разглядывая смотревших на нас посетителей.
– Я милицию вызвала, – пискнула из-за стойки телефонистка.
– Ага, правильно, – кивнул я и, спустив дочку на пол, велел ей позвать Тому или Лиду и выпустил на улицу. Дверь, да с мощной пружиной, была не по силам трехлетней крохе. Через минуту Лида принесла мне из машины запасную рубаху.
Менты прибыли буквально через две минуты. Тут пешком полминуты, не торопились. Я за это время успел позвонить в управление, воспользовавшись служебным телефоном на телеграфе, и коротко обрисовать ситуацию, не забыв описать пограничника Сережу. Телефон мне предоставили без проблем.
Как только в помещение прошли двое сотрудников милиции, один сержант, другой старшина, сразу же начался шум. Множество свидетелей, тыкая в меня пальцами, утверждали, что я избил неизвестного особо жестоким способом фактически ни за что. Про внезапное нападение со спины они уже не помнили. То, что я спрятал пистолет, похоже, так никто и не заметил, удостоверение и документы из нагрудного кармана я тоже успел убрать в один из карманов брюк.
