Кроме полковника и адъютанта, в лодке находились еще двое солдат могучего телосложения, которые с любопытством смотрели на Саундерса, Ричард сидел на корме, словно не замечая — ничего, что творится вокруг.
Мозг лихорадочно работал: Что могло случиться за время их отсутствия в Асунсьоне? Могли задержать Монику, Гомикаву или Ленарта? Наверняка, могли обратить на них внимание. Хотя, если все прошло нормально, миссис Вигман должна быть уже в Бразилии. А Гомикава не имел к ним троим никакого отношения.
Может быть, пришло сообщение из Рима об их двойниках? Это более похоже на истину.
Но почему они всегда так четко работают? Неужели успели все проверить так быстро, за несколько дней? Да, эта организация в таком случае еще более опасна, чем мы думали. Видимо, в нее входят не только финансовые круги и местная мафия. Наверняка, «Легион» имеет поддержку высших военных и правительственных чинов ряда государств Латинской Америки. И именно это делает его позицию настолько неуязвимой.
«И все-таки, какую телеграмму получил Торнер, что так изменился? Он не только опасается меня, но и явно боится.
Значит, у него есть основания считать меня „Дронго“», — понимал Саундерс.
В Асунсьон они прибыли под вечер. В сопровождении охраны Саундерса доставили к двухэтажному дому и без долгих разговоров втолкнули в подвал. Ричард, едва не упав на пол, стал осторожно осматриваться. Тихо выстукивал стены. Кладка старая, — проверил Ричард, — отсюда не убежишь.
Через три часа за ним пришли.
Его подняли наверх, на второй этаж, в комнату, где уже сидели Торнер, его адъютант и неизвестный Саундерсу капитан.
— Садитесь, — недовольно показал полковник на стул, — мы хотели поговорить с вами.
— Я буду жаловаться на вас, полковник Торнер, — зло сказал Саундерс, — меня предупреждали, что с вами нельзя иметь дело, но я не думал, что это зайдет так далеко. Вы теряете чувство меры, полковник.
— Если все будет так, как я думаю, я вас отпущу. Можете не волноваться, — тихо сказал Торнер, — но сначала ответьте на несколько наших вопросов.
— Это что, допрос? По какому праву? Я подам на вас жалобу самому Стресснеру, — горячо сказал Саундерс.
— Не — горячитесь, мистера Хаксли. Для этого вы должны еще выйти отсюда. Итак, мои вопросы…
— Я не буду на них отвечать.
— Лучше отвечать, мистер Хакели, иначе. — многозначительно добавил Торнер.
— Вы мне угрожаете?
— Я вас просто предупреждаю. Итак, у меня всего три вопроса. Перед вами ручка и бумага.
