— Ну? А теперь?
Кесри всмотрелся и, не веря себе, просипел:
— Кэти-мэм? Аап хай кья, вы ли это?
Дама рассмеялась и вновь сказала на хиндустани:
— Да, Кесри Сингх, это я!
И тогда сквозь облик зрелой дамы вдруг проглянули черты девушки, у которой когда-то давно Кесри был оруженосцем. Вспомнилась ее былая очаровательная непосредственность, проявившаяся и сейчас, когда она так запросто с ним заговорила. Однако чуть пополневшее лицо ее как будто излучало грусть.
— Мааф карна, Кэти-мэм, простите, что не узнал вас.
Нынче вы совсем другая.
Она рассмеялась.
— И ты изменился, Кесри Сингх, вот только глаза прежние. По ним я тебя и узнала, хоть столько времени прошло.
— Полтора десятка лет, а то и больше.
— Верно. Теперь я миссис Бернэм, а ты, вижу, стал хавильдаром.
— Да, Кэти-мэм. Как поживает ваш батюшка, генерал-саиб?
— Здоров, и мама тоже. Они вернулись в Англию, с ними моя дочка.
— У вас одна девочка?
— Да, только одна. А у тебя сколько детей?
— Четверо. Два мальчика и две девочки. Они в деревне, с моей женой и родными.
— А что твоя сестра? Ты, помнится, о ней часто рассказывал. Как бишь ее имя…
Кесри аж вздрогнул, словно Дити коснулась его, дотянувшись из далекого прошлого. Вопрос так его изумил, что он воскликнул:
— Каамал хай! Невероятно, что вы помните мою сестру! Ее зовут Дити.
— Ну да, верно. — Мадам улыбнулась. — А как ты-то оказался в Китае?
— Да вот стал баламтёром экспедиционного корпуса, Кэти-мэм.
Миссис Бернэм опустила взгляд, будто не решаясь спросить еще о чем-то, но потом проговорила, негромко и осторожно:
— Как там дела в полку? Как поживают офицеры?
Расплывчатость вопроса не обманула Кесри, он понял, что собеседницу интересует один конкретный человек — не кто иной, как капитан Ми.
Ведь кроме Кесри вряд ли кто-нибудь знал о тех давних отношениях барышни и лейтенанта. И сейчас чутье подсказало, что ничего хорошего не выйдет, если Ми вновь окунется в былое безумие, джунун. Кэти-мэм уже не девочка, она замужняя дама, и муж ее, наверняка богатый и влиятельный, запросто сломает жизнь какому-то капитану.
— Господин Ми с нами, он командир нашей добровольческой роты, — тихо и спокойно, словно предупреждая, сказал Кесри и, заметив, как вдруг краска сбежала с лица миссис Бернэм, поспешно добавил: — Сейчас он в этом доме на званом завтраке.
— Яха хай, он здесь?
Мадам замерла, будто готовясь пуститься наутек, но тут ее окликнули:
— Миссис Бернэм? Неужели это вы? — Ширин сбежала по ступеням крыльца.
