Начать активные действия, развернув все силы в боевой порядок отсюда? Бессмысленно! Только эти пять километров ускоренного марша измотают личный состав при всей его подготовленности так, что он будет просто не в состоянии провести решающий штурм базы боевиков. Разделившись, группами уйти на склоны и двигаться таким порядком? Но это просчитываемо, и Палач обязательно отрежет пути охвата своего лагеря. Но и продолжать марш в прежнем режиме нельзя! Наверняка у боевиков где-то будут выставлены посты раннего обнаружения противника.
Они пропустят отряд, оповестив Палача о приближении спецназа, о его количественном составе, и у того хватит времени либо организовать мощную и эффективную оборону, либо, оставив прикрытие, начать отход к водопаду. Вызвать ночные «вертушки» или штурмовики? Те разнесут лагерь без вопросов, но где гарантия, что под ракетным ударом не окажется пустое пространство? Такой гарантии дать не мог никто. Обработать авиацией хребет? Тоже малоэффективно. Банда рассыплется по склонам, хотя потери и понесет, но незначительные.
Нет, все это не то!
— Что тут сказать? — первым отозвался Шмелев. — Думаю, надо организовать две небольшие, человек по пять, разведывательные группы и пустить их по склонам. В каждую группу включить по саперу.
Его поддержал Иванов:
— Сейчас ночь, командир! Применив средства маскировки, можно выслать вперед усиленную разведку. А самим двигаться следом.
В душе Таранов был согласен с предложениями своих опытных в таких делах командиров групп, но окончательного решения принимать не спешил.
Задавал вопросы:
— А что, если у боевиков приборы ночного видения?
Шмелев ответил сразу:
— Их можно определить, осматривая местность через специальные прицелы новых винтовок «винторез». А определив такие посты, завалить «очкариков» не составит особого труда! И завалить бесшумно, с расстояния!
Таранов, выслушав Шмелева, продолжил:
— Другой вариант! Палач не пошел в лагерь, а приготовил нам встречу на подходах хотя бы здесь? — Капитан указал на карте место, где ущелье расходилось метров на триста, образуя своеобразную лужайку.
Шмелев отложил карту, внимательно посмотрел на Таранова."
"— Командир! У тебя что, синдром Палача выработался? Ты хочешь просчитать все? Но это невозможно, и тебе это известно. Да хрен с ним, с этим выродком, пусть готовит засаду! Разведка хоть что-то, но определит. Застать нас врасплох Палачу не удастся по-любому.
