Отдал командиру второй группы аналогичный приказ, только для действий с его направления. Сам же приказал боевой пятерке следовать за собой.
Капитан сразу взял бегом, вдоль полосы ежевики.
Через полчаса люди Таранова достигли рощи. Упали в кусты, на опушке, лицом к селению.
Устум словно вымер.
Ни души не увидел на улице через прицел снайперской винтовки капитан Таранов. Людей Иванова и Шмелева видел. Те почти открыто, но по одиночке и на короткое время обозначали себя перед аулом, постепенно охватывая его в кольцо.
Не заметить появления российского воинского подразделения и его маневра из Устума было невозможно.
Но аул никак не среагировал на это. Если бы в нем были боевики, то Таранов из рощи, куда и вышел для стороннего наблюдения, зафиксировал бы их присутствие и приготовление к отражению зачистки. Какой-нибудь мелочью, но враг обнаружил бы себя. Но, скорее всего, Устум был свободен от бандитов. И поведение мирных жителей было объяснимо. По опыту они знали, что русские резню своих пленных без последствий не оставят, вот и закрылись в своих домах в ожидании развития не сулящих им ничего хорошего событий.
Таранов связался с полковником Скориковым:
— Первый! Я — Таран! Как слышите меня?
— Я — Первый, слышу хорошо! Что у тебя в Устуме, Таран?
— Как и предполагал, ничего неожиданного! Аул пуст!
— Уверен, что он чист от бандитов?
— Да! И не вижу никакого смысла терять в нем время. То, что Палач ушел в горы, ясно и без базаров с населением. Стоит только выяснить направление его отхода и начинать преследование.
Слушать причитания мирных пастухов ни особого желания, ни времени не имею!
Полковник, выслушав командира отряда, спросил:
— Значит, предлагаешь начать преследование, Таран?
— Да! А зачистку после нас пусть менты проводят! Я же пойду в горы! Вызову «вертушку» с группой Захарова, погрузим убитых ребят, и вперед! Обстановку уточню на месте, в ауле, там и задачу отряду на действия в горах поставлю! У меня все!
Командир бригады дал добро:
— Действуй, Женя!
Таранов отключил связь с комбригом, вызвал на одновременный сеанс всех трех командиров групп и звена вертолетов.
Отдал приказ Иванову и Шмелеву занять аул, зачистку не проводя. Старшему лейтенанту Захарову на одном «Ми-8» сесть возле места казни пленных и блокировать площадь, на которую он, капитан Таранов, выводит штурмовую группу.
Через двадцать минут в аул вошел отряд спецназа. Таранов часто смотрел на часы и на небо. Оно было чистым, и это ободряло: сейчас только дождя не хватало.
