Я чувствовал ее жаркое дыхание, а ее тело, удерживаемое мной, невольно ко мне прижалось так, что я ощутил все ее округлости.
— Прости, но ты не в моем вкусе. К тому же я против инцеста.
Почувствовав движение за спиной, резко отпрыгиваю, и мелкий вихрь, летевший в меня, врезается в Настю, отшвыривая ее к стене.
Щелчок, и игла, устремившись к Степе, вонзается тому в руку, вызывая сильнейшие судороги. При этом он еще и обмочился. М-да, семейная встреча явно пошла не по плану.
— Повторяю вопрос для тупых аристократов — какого хера происходит на вверенной мне территории? Мила, ты как самая адекватная, просвети меня.
— Господин, Анастасия Владимировна и Степан Владимирович приехали внезапно, без предупреждения и были очень недовольны, что их комнаты не готовы. Степан Владимирович потребовал выкинуть ваши вещи, чтобы разместиться в вашей. На нашу просьбу подождать немного они отреагировали крайне бурно. Остальное вы видели сами.
— Какого черта ты на ногах? Почему ты не в кресле? — Степка, усевшись на полу, не обращая внимания на лужу под собой, уставился на меня.
— А ты рассчитывал на иное? Понравилось издеваться над больным? Больше не выйдет. Где отец? Какого черта вы приехали в разгар учебы?
— Роду Меньшиковых официально объявил войну род Троекуровых. В столице сейчас слишком жарко, вот он и отправил нас сюда, пока разберется со всем. Но скоро он приедет, и твоя жопа поджарится! -гневно выплюнул он.
— Поджарится жопа? Серьезно? Это твое самое сильное оскорбление? Ничего лучше придумать не мог, ну, типа — твой пукан взорвется, твой зад станет моим, хотя нет, это уже лишнее, ты ж вроде по девочкам.
.. Хотя, зная тебя, ты мог и сменить ориентацию. Девчонкам не нравятся жирные пельмени, а вот всяким извращенцам твоя толстая задница может и зайти.
Но это не отменяет того факта, что в отсутствии отца я тут главный, поэтому встали и пошли в свои комнаты. И чтобы я ваших морд до ужина не видел, а то накажу. Вечером решим, что с вами делать. И да, из поместья ни шагу.
Если вас кто и грохнет, то это буду я.
Чувствую порыв легкого ветра, резко оборачиваюсь -и Настя зависает над полом, удерживаемая моей рукой. В ее руках ветряной кинжал. Слабый, но вполне могущий попортить мне шкуру. Остатки эфира в пальцы — и они начинают жечь ей кожу. Увы, пока я на большее не способен. Но и этого хватило, вон, как выпучила глаза, пытается вырваться. Отшвыриваю ее от себя.
— Но как? —в ее глазах ужас. —Ты же стал пустым!!! В тебе нет магии.
