Значит, отец раскошелился на лечение. Тогда возникает вопрос — почему он не сделал этого сразу? Или через сына хотел подставить нас? Если это так, то у нас большие проблемы.
— Не думаю, что это князь постарался. Похоже, у Тимофея появились могущественные покровители, которым плевать на Мышкиных с высокого храма. И если это так, то нас проглотят и не заметят. Так что я в любом случае вижу только один выход — согласиться на его условия и заплатить. По крайней мере, именно так я и собираюсь поступить, да и всем остальным посоветую.
А еще, если получится, я хочу познакомить его с моей Леночкой поближе. Кто знает, как судьба повернется, глядишь, и сладится чего у них.
— Ну, а ты чего молчишь? —повернулся к Милодарскому уже изрядно вспотевший от переживаний Астахов. Мысль о том, что придётся расставаться с деньгами, буквально сводила его с ума. Дочь свою он очень любил, но деньги все же любил больше.
— А что тут говорить? И так и эдак плохо, -отозвался тот. — Заплатим — скажут, прогнулись и даже не под князя, а под его сына.
Не заплатим — состоится суд и казни. Но есть еще один вариант, который мы ранее обсуждали.
— Смерть? —вскинулся Астахов.
— Смерть, -подтвердил Милодарский, — у нас есть всего три дня, парень ходит в школу. Не думаю, что будет сложно подстроить несчастный случай в месте, где нет камер. Да хоть в том же туалете. Поскользнулся, упал, ударился головой об раковину. Нелепое и трагическое стечение обстоятельств. Я даже венок на его похороны с соболезнованиями пришлю.
— Этот вариант мне нравится больше. Более того, я даже знаю, кто нам в этом поможет. Обязуюсь договориться за денюжку малую.
— Нет, господа, я в этом не участвую и вам не советую, -тут же поднялся Лисицин. — Я не знаю, кто стоит за Тимофеем и чем он так интересен Тайному Сыску, но связываться с ними я не буду. Поэтому я сегодня же переведу требуемую сумму на счет, указанный в записке. Если вы и дальше хотите упорствовать в своем решении, то тогда я тут лишний.
Не хочу, чтобы на меня даже тень подозрения пала в случае вашей поимки.
— Ты, трусливая лиса! -завопил Астахов."
"— Повтори, что ты сказал!!! —грозно повернулся тот и вокруг него появились огненные кольца, что стали вращаться с бешеной скоростью.
— Не стоит ссориться, господа! -выскочил из-за стола Милодарский. —Кеша просто погорячился и уже раскаивается. Правда же?
— Прости, погорячился, -буркнул Астахов, глядя в налитые бешенством глаза Лисицына.
