— Вижу я, парень, тебе без нее жизнь не мила, — продолжал Прибыня. — Ступай к бабам, жена! — бросил он Любозване, которая, чуя приближение важных событий, держалась возле них и все оправляла Вольге то рубаху, то пояс, то волосы. — У нас тут важный разговор, не для твоих ушей.
Любозвана покорно ушла, но не к бабам, яркой красной толпой обступившим жертвенник Перыни, а к белой стайке девушек. Остряна, зорко наблюдая за ними, все поняла по одному взгляду невестки и короткому кивку. То, чего они ждали уже несколько дней, начиналось…
— Слушай, родич, что скажу, — говорил тем временем При быня почти в ухо Вольге, незаметно оглядываясь, не слышит ли кто.
— Я и сам не так давно парнем был неженатым, помню, как оно. Невесту ты себе выбрал такую, что лучше и не придумаешь. Вижу, тяжело тебе, да и ей не лучше, любит она тебя. Разлучить вас, а ее в чужую землю отправить — зачахнет от тоски, не вынесет, вот и не достанется никому, Кощею одному.
— Да ну тебя! — Вольга в досаде вырвал рукав, за который свояк его придерживал.
— И так мне тошно, то ли убить кого хочется, то ли на первой осине повеситься. Чего ты мне душу травишь?"
"— Да не травлю! Помочь я тебе хочу! Ты же мне родич, и жена пристает: помоги да помоги! На то мы и породнились с вами, чтобы во всем быть заедино. Невеста тебе нужна хорошая, родом достойная, собой пригожая, истинная княгиня! Ни вам, ни нам урона чести не будет, если ты Домагостеву дочь в дом введешь. А полянам мой батюшка невесту даст не хуже, раз уж в Ладоге других нет! Вот и все довольны останутся.
Смекаешь, к чему веду?
— К чему?
— Поможем мы тебе твою невесту в Плесков увезти!
— Что? — Вольга переменился в лице и подался к свояку, не веря услышанному.
— В ушах звенит — не разбираешь? — Прибыня усмехнулся. — Помогу тебе, как брату, невесту твою отбить назад и в Плесков увезти. Если не сробеешь…
— Я?!
— Да ладно, ладно! — Прибыня придержал Вольгу, готового немедленно бежать куда-то. — Шучу. Все тут ведают, каким ты орлом себя показал, когда варяги в Ладогу приходили.
Домагостю за одно это тебе бы любую дочь отдать следовало, да с приданым, а он, вишь, нос от нашей родни воротит. Я вот что надумал. Дело-то простое. У Домагостича с братьями три десятка дружины, у тебя два, да я в Словенске пять десятков легко наберу. Как вздумает он домой ехать и сестру везти, мы с тобой и с парнями их на дороге дождемся, перехватим, девку отобьем и тебя по Шелони до Плескова проводим, чтобы уж никакой Встрешник дела не испортил.
