А так хотелось дернуть на себя, разорвать это чертово платье, белье, впиться зубами, оставляя синяки на ее теле. Зацеловать до криков, а потом войти одним рывком, почувствовав жар плоти, но нельзя было, сейчас нельзя.
Влад и сейчас не понимал, не осознавал, что Полинка беременна от них. От него или Германа, это уже не важно, это его ребенок, даже теста никакого делать не надо. Это его с Немцем сын. Это их женщина.
— Мы оба можем облажаться, если не убедим Полину остаться.
— Думаешь, у нас не получится? — Влад улыбнулся, подмигнул Герману.
— Утром перевезешь вещи Полины сюда.
— А если…?
— Никаких если, Соболь.
После приезда он все еще был дерганый и хмурый, ночами убивал грушу в зале. Соболю более трудно давалась адаптация в нормальном мире, не надо было никуда лететь, за кем-то следить, переправлять, покупать оружие и общаться с криминальным миром. Он рвался к ней, а Немец его одергивал.
— Не надо было идти за ней.
— Я уже не мог по-другому.
Ты видел того пацана в ресторане? Думал, ушатаю его прямо там.
— Влад, это совсем мальчик, угомонись уже.
Но Влад даже сейчас, после того, что произошло в ванной, не мог угомониться. Он так и не добрался с ней до кровати, хотя спальня была совсем рядом, нужно было сделать всего несколько шагов. Усадив девушку на столешницу, раздвинув ноги, проведя по раскрытому влажному лону несколько раз, зарычал от удовольствия и, опустившись, начал вылизывать ее открытую перед ним девочку.
Полина громко стонала, крики отражались от стен. Засасывая губами нежную плоть, Влад ласкал бедра, обводил клитор языком и снова лизал. Она текла на его губах и языке, а его самого потряхивало от перевозбуждения. Член пульсировал, организм требовал своего освобождения, яйца болезненно сводило.
Тогда не прошло и минуты, Полина замерла на миг, а потом, чуть сведя бедра, зажав голову мужчины между них, начала кончать. Влад думал, что сейчас сам спустит в белье, сдерживал себя, продолжая вылизывать девушку, жадно выпивая ее оргазм.
— Ты сумасшедший.
Полина с довольной улыбкой на лице, с растрепанными волосами и искусанными губами смотрела на Влада, а он подумал, что вот так всегда должна выглядеть его женщина, румяная, с блеском в глазах и после оргазма. Она сжимала одну грудь, а другой рукой гладила его по волосам.
— Ты охуительная, Полинка.
Снова улыбнулась, отстранила его.
— Поцелуй меня.
