И помощь приведите.
Мутные фигуры удалились, пропали в лесу. Глупо! Они никого не догонят. Этот гад снова победил.
Сержант Чудилов кряхтел от боли, затягивал резиновую шину под плечевым суставом, чтобы ослабить кровотечение."
"У Алексея подкашивались ноги. Он опустился на колени, подполз к Генке Казначееву, распростертому в грязи. Осколок гранаты пронзил его живот, перепахал все внутренности. Но парень еще тяжело дышал. Кровь сочилась с губ, глаза блуждали. Когда Алексей нагнулся, Казначеев узнал его, попытался подняться.
Командир придержал его за плечо и сказал:
— Генка, не напрягайся, дыши спокойно. Скоро помощь придет.
— Командир, что со мной, не понимаю. Ноги как отрубило, и в животе дыра. Посмотри, что там.
— Нет никакой дыры, Генка, лежи, не шевелись.
— Командир, ты что, плачешь? Почему?
— Генка, не выдумывай. Все в порядке. Все наши живы.
— Как же так, командир? — Парень снова тяжело задышал, попытался опустить глаза, разглядеть, что с ним не так. — Как же мы прошляпили это дело? Ведь все отлично было, вышли без потерь.
Как же мы подставились, не углядели, не учли? Холодно, командир. Не понимаю, что со мной. Ты так на меня смотришь. Вот черт! — Генка все понял, расслабился. — А я-то всегда думал, что бессмертный.
Алексей взял его за руку, смотрел, как выплескиваются из человека остатки жизни. Обмякло тело, пропитанное кровью. Капитан зарычал, начал в ярости стучать кулаком по грязи.
Глава 7
Потом все было как в тумане. Злоба трясла капитана. Он бросался на все, что двигалось и издавало звуки.
Наорал на водителя машины, которая, по его мнению, опоздала, на своих подчиненных, не поймавших вражеского крота, даже на мертвого Казначеева.
Какое право тот имел погибнуть? Он товарищей спросил?!
На него нашло какое-то помешательство. Он следил, как солдаты загружают мертвых в кузов машины, отводят в «санитарку» смертельно бледного Чудилова.
Тот тоже давился слезами, кусал обглоданные губы. Хуже нет — выжить самому и лишиться всех своих подчиненных. Всю оставшуюся жизнь будут сниться.
Словно ты сам их прикончил!
Он орал на своих подчиненных:
— Живо в город! Поставить перед фактом руководство местного НКВД в лице капитана Рахимовича. Всех фигурантов под арест! Плевать, что они, как один, не виноваты. Будем разбираться с каждым случаем. Если кто-то исчез, искать гаденыша! В ружье всех, кто есть в городе, включая поваров и свинарей из хозяйственного взвода!
Еще не рассвело, а Саблин уже шарил с фонарем по участку, откуда велась стрельба.
