— Почему не остановили? — нахмурился Алексей.
— Так мы не знали, герр гауптман. — Жандарм втянул голову в плечи. — У нас нет полномочий останавливать каждую машину. Мы следим за порядком на дороге.
— Безобразие! — разорялся Алексей. — Вы не полиция, а пустое место. Ладно. — Он успокоился. — Куда от развилки они поехали?
— Направо. Там Ротхен. До него отсюда километров двадцать.
— Хорошо, я понял вас, спасибо. — Саблин козырнул и побежал к машине.
Боевые товарищи шумно выдохнули, когда он взгромоздился на свое место.
"
"— Направо, Максим. Мамой клянусь, мы их догоним!
За развилкой ясности не прибавилось. Дорога засасывала, все происходящее вокруг начинало утомлять Алексея и его товарищей.
Попутного транспорта практически не было. Вся масса людей и техники двигалась навстречу «хорху». Чадили моторы, покачивались пехотинцы в кузовах, вездеходы тащили орудия.
Развивать высокую скорость не стоило. Тогда они точно привлекли бы внимание. Временами Максиму приходилось съезжать на обочину, пропускать тяжелую технику.
Следующий пост остановил машину.
Алексей не волновался, первым набросился на супостатов:
— Военная разведка! Какого черта, господа полицейские? Почему вы не остановили «кюбельваген», регистрационный знак WAS 210, проехавший тут совсем недавно?!
Жандармы стушевались под этим напором.
— Как не остановили? Это было минут восемь назад, — заявил старший из них. — С документами у пассажиров все было в порядке.
Хотя, если честно, мы проверили их только у гауптмана Венцеля, сотрудника шестого управления РСХА.
— Идиоты! — Алексей схватился за голову. — По документам он действительно сотрудник шестого управления. А вот на лбу у него крупными буквами написано: «Предатель фатерлянда». Неужто не заметили?
Дело двигалось к вечеру. В движении войск теперь намечались разрывы. Эта армада оказалась не столь уж и огромной.
Алексей напряженно всматривался в лобовое стекло.
«Догоним мы злодеев, и что дальше? Брать при всем честном народе? Да Венцель обхохочется! Может, притормозить, подождать, пока сумерки сгустятся?» — раздумывал он.
Тут вдруг лопнуло переднее колесо. Пассажиры возмущенно загудели.
— А я тут при чем? — оправдывался Герасимович. — Лопнуло, ну и ладно, дело житейское, вполне поправимое. У нас эти запаски по всем бортам развешаны. Чем ворчать, товарищи офицеры, лучше помогли бы заменить.
