Он мог открыть огонь, пристрелить того и другого, но вокруг целая армия. Жалко не себя, а товарищей. А может, не все еще потеряно?
Он смотрел, вертел мозгами. Там только солдат никак не меньше десятка, а еще пачка офицеров.
Кляйст опустился на заднее сиденье, рядом с ним же пристроился осанистый обер-лейтенант в фуражке с высокой тульей. За рулем восседал пухлощекий фельдфебель.
Рожнов собрался было плюхнуться рядом с ним, но к нему подошел лейтенант из броневика, стал что-то говорить. Оба при этом уставились на лес.
Алексей застыл.
Рожнов колебался, потом махнул рукой. Дескать, нам некогда, делайте, что хотите. Похоже, уничтожение кучки выживших советских военнослужащих не было приоритетом.
Лейтенант тоже помялся, козырнул, побежал к бронеавтомобилю. У него имелся собственный приказ.
В «хорх», замыкающий колонну, уселись еще один гауптман и четверо небольших чинов. Завелся двигатель бронеавтомобиля, выпустил струю гари. Солдаты вскарабкались на него. Машина двинулась на восток.
Алексей терпел, выжидал.
Водитель «кюбельвагена» тоже начал движение, разворачивая неповоротливый вездеход на узкой дороге. Он справился с этим в несколько приемов, обогнул «хорх» и медленно двинулся в обратном направлении, на запад.
Броневик ушел за поворот, влево, оставляя за собой клубы пыли. Водитель «хорха» дождался, пока проедет «кюбельваген», съехал с обочины и двинулся за броневиком.
Алексей взлетел словно кипятком ошпаренный! Все поняли его без слов и помчались за ним на восток, туда, где дорога исчезала за поворотом.
Слева еще не осела пыль. Бронеавтомобиль уходил за следующий поворот. «Хорх» рычал где-то справа, еще не появился.
Бойцы работали машинально. Черкасов с Герасимовичем дружно схватили дерево, валявшееся на обочине, выволокли его на дорогу, бросили. Они пулями полетели в кювет и успели в самую тютельку.
Фыркающий «хорх» возник из-за поворота и встал перед бревном как лошадь у барьера. Дерево не полностью загородило проезд, но машине пришлось бы въехать в кювет и изрядно потрястись.
Физиономия водителя вытянулась от досады. Этот парень носил погоны унтер-фельдфебеля.
Распахнулась дверца. На обочину выбрался осанистый гауптман с орлиным взором, в высокой фуражке, повертел головой, пожал плечами. Никаких опасений у него не возникло. Бревно могло валяться тут хоть целый год. Броневику ничто не мешало проехать по нему.
— Убрать! Всем из машины! — распорядился он.
