– Дай лучше мне, – заикнулся Костя.
– Ты уже отстрелялся. Прячьтесь во мху под «ракитами», зайдите в болотце поглубже, там мох толще.
– Вы думаете, они…
– Они уже близко! Быстрее, мать вашу!
Трое участников экспедиции ЮНЕСКО кинулись к кустам, окружавшим болотце.
Максим прыгнул к аэробайку между шарами «ракит». Сбросил на траву поклажу, сунул поглубже в кусты связку «фаустпатронов», но задумался на секунду и один «фаустпатрон» взял с собой.
Аппарат бесшумно поднялся в воздух.
С окраин рощи послышались крики, раздалась автоматная очередь.
Затем громыхнул взрыв: Редошкин использовал гранату.
Максим поднял аэробайк вровень с кронами «ракит», направил его левее того места, где разгорелся бой между лейтенантом и боевиками.
Прозвучали ещё две очереди, треснул выстрел из карабина, кто-то истошно завопил. Второй карабинный выстрел оборвал этот вопль.
Иноземный байк обогнул густую крону «берёзы», и Максим увидел под собой двух африканцев, крадущихся к «раките», под которой что-то двигалось, раскачивая её кривоватый ствол.
Разбирать, кто прячется под деревом (если Редошкин, то он сделал непростительную ошибку!), было некогда, и Максим спикировал прямо на боевиков, умудрившись сделать выстрел.
«Шёпот смерти» выполнил свою задачу, поражая первого верзилу в камуфляже.
Его напарник шарахнулся в сторону, поднимая голову, и аэробайк сшиб его передним «колесом».
Максим прыгнул с седла, как барс на добычу, отбил ногой ствол автомата и вогнал в переносицу чернолицего африканца, между широко открытыми чёрными глазами, лезвие ножа.
Не теряя ни одного мгновения, вернулся к аппарату, ввинтил его в воздух.
В полусотне метров заработали автоматы.
«Не увлекайся, Жора! – мысленно попросил лейтенанта Максим. – Я рядом!»
Аэробайк мотнуло: краем левого диска он задел верхушку «берёзы». Максима едва не скинуло с седла! Удержался он чудом. И увидел, как по прогалине между стволами исполинских «фикусов» ползёт, извиваясь в траве, как ящерица, Редошкин (маскер его «Хамелеона» почему-то не работал), а к нему бегут с трёх сторон четверо жёлто-коричневых комбезов, поливая кусты автоматными очередями.
Руки включились в дело, не дожидаясь приказа сознания. «Фаустпатрон» удобно лёг на тумбу перед рулём, палец вдавил красный грибок на торце «ручки метлы»… и Максим едва не слетел с седла второй раз!
«Ракета» «фаустпатрона» развернулась хвостом прутиков (чистой воды метла!), и вниз понёсся сгусток прозрачно-голубого вихрения.
