У него есть еще охранники снаружи? Я думала, что Громоздкий Блондин и Кривоносый были единственными, и я предполагала, что они следовали за ним, куда бы он ни пошел.
— Значит, ты сходишь, — с надеждой говорю я.
Она качает головой.
— Значит, один из охранников может сходить?
— Алкоголь в доме запрещен. Вам придется к этому привыкнуть.
Я не могу просто привыкнуть к этому. Я была пьяна большую часть своей жизни. Окей, это преувеличение, но я всегда была немного пьяна, и именно поэтому мне удавалось держаться подальше от своей головы.
Вот как я притупила свои чувства.
Если я трезвая, все мои эмоции будут чистыми и незащищенными, как и все, что я испытала сегодня утром. Если подумать, мне, наверное, приснился кошмар, потому что я не спала, будучи пьяной. Я не хочу знать, что будет, если я останусь в таком состоянии.
Я не готова испытать это.
Жаль, что я не могу связаться с Ларри, чтобы он мог передать мне немного пива. Но это было бы так же трудно, как искать конкретного муравья на муравьиной ферме.
Ларри всегда был тем, кто находил что-то, а не наоборот. Кроме того, я понятия не имею, где находится этот особняк и как далеко он от города.
И если я попытаюсь сбежать, Адриан сдаст меня, не задумываясь.
Огла все еще смотрит на меня, как будто ожидая, что я снова буду торговаться, но я уже знаю, что она проиграла. Я не сомневаюсь, что она доложит Адриану обо всем, что я скажу или сделаю, поэтому я должна быть умной, чтобы иметь с ней дело.
Я смотрю на нее, встречая ее тихую злобу созерцанием.
Адриан сказал, что я могу спросить ее о том, чего «не помню». Хмм. Манипулятивный ублюдок.
— Эй, Огла.
— Да?
— А чем именно занимается Адриан?
Она делает паузу, как будто не ожидала этого вопроса, затем говорит.
— Почему вы интересуетесь?
— Он велел спрашивать вас о чем угодно, и я полагаю, что это относится к этой категории. Я уверена, что знала все о его работе до того, как потеряла память, так что вам придется освежить ее для меня.
Я ожидаю, что она отмахнется от меня, но она говорит.
— Господин Волков — часть русской мафии.
В конце концов, он не шпион, но это не шок. Он может сойти за гангстера, хотя его стиль и черты лица утончены.
Разговор, который я подслушала у фанатов ""Гигантов"" о Братве, снова возвращается, и я сглатываю. Они говорили, что это опасные люди, которые без колебаний убивают. Не то чтобы я должна была удивляться, что Адриан — убийца, но эта информация ставит все в реальную — и ужасающую — перспективу.
