— Да? — Это звучит неубедительно, но я также не знаю, как себя вести. Если я спрошу ее, где столовая, разве это сразу не выставит меня самозванкой?
— Что вы здесь делаете? — У нее русский акцент, хотя и едва заметный.
— Я ищу Адриана. — По крайней мере, это звучало немного правдоподобно.
— Следуйте за мной. — Она поворачивается и идет налево, не дожидаясь, пока я последую за ней.
У меня нет выбора, и я иду за ней по длинному коридору. Она открывает двойные двери и жестом приглашает меня войти.
Я делаю это, осознавая каждый свой шаг.
У меня перехватывает дыхание, когда я вижу Адриана, сидящего со вчерашним мальчиком, Джереми.
Я почти уверена, что мое облегчение связано с ребенком, а не с отцом. Несмотря на мою реакцию при первой встрече с Джереми, это не имело никакого отношения к нему, а все было связано со мной и прошлым, которое все еще обвивалось вокруг моего горла, как петля.
Адриан одет в черные брюки и темно-синюю рубашку. Мрачный, не выделяющийся, и такой он. Он поднимает голову, как только я вхожу, но я быстро отвожу взгляд, не желая быть пойманной в ловушку этих пепельно-серых глаз первым делом утром.
Строгая учительница подходит к свободному месту слева от него и указывает на него.
— Ваш завтрак готов, госпожа Волкова.
Я ненавижу это имя, тот факт, что я — продолжение Адриана. Что его фамилия — моя.
Но при упоминании слова «завтрак» у меня нет времени на размышления. Когда я в последний раз ужинала, а потом завтракала как нормальный человек?
Наверное, неделю назад, когда Ларри принес нам сэндвичи.
И пахли они не так божественно, как яичница с беконом на столе. Я скучаю по Ларри и хотела бы взять для него кое-что из того, что здесь есть.
Как только я сажусь, я осознаю, что три пары глаз смотрят на меня, как на инопланетянина. Что? Я еще даже не начала есть и собиралась делать это медленно, не так, как свинья, которой я была прошлой ночью."
"Я медленно поднимаю голову и вижу, как потемневшие глаза Адриана держат меня в заложниках.
— В чем дело? — шепчу я.
— Что на тебе надето?
Я смотрю на себя и понимаю, на что они все смотрят.
— Одежда.
— Я знаю, что это одежда. — Он понижает голос, и я предполагаю, что это потому, что он не хочет, чтобы Джереми слышал, какой мудак его отец. — Но это не твоя одежда.
— Да, это моя одежда. Я нашла ее в шкафу. — Решив сменить тему, я беру кусок хлеба и улыбаюсь Джереми, который ковыряет ложкой в желе на своей тарелке.
