Говорите, я в Москве родилась? Невероятно. И, уж извините, не верю вам. Не понимаю, в какую аферу вы меня хотите втянуть, почему именно я стала объектом вашего внимания, и иметь дело с незнакомым мне человеком не собираюсь. Обманывать художника, прикидываться его дочкой не стану.
Саша решила не сдаваться.
— Если мы объединимся, мужик не отвертится. Можно анализ сделать, который подтвердит наше родство. Змей должен хорошие суммы нам заплатить, а после его смерти мы получим дом мужика, дачу, машину, авторские права на картины.
Это же миллионы! Касьянов не женат, мы его единственные наследницы.
Но Балабанова твердила:
— Не желаю ничего от постороннего человека.
Александра попыталась Нику переубедить, но ничего не получилось, та ее в конце концов просто выгнала. Саша очень злилась, ругалась:
— Мерзавка! Я ей устрою! Но не сейчас. Сначала мы должны у гада-папаши свой кусок, по закону положенный, отгрызть…
Моя собеседница начала теребить подол юбки.
— Вот честно вам скажу: не нравится мне Саша. Сестра как торговка на рынке — хабалистая, бесцеремонная, моих слов не слышит.
Если что решила, ни за что не усомнится в правильности задуманного. Для нее все вокруг дураки, живут не так, как надо, одна она знает, как себя вести нужно. Еще и обидчивая до жути, любое замечание как оскорбление воспринимает. К тому же полагает, что все ей должны, раз она в приюте воспитывалась. Мне с ней дело иметь — как в крапиве сидеть. Но она же сестра, единственная кровная родственница. Знаете, я так радовалась, когда она вдруг пропала, перестала меня теребить после того, как Балабанова ее отшила…
Глава 24
Нюша расправила подол юбки.
— Вероника оказалась решительной. Я мямля, а она энергичная. Пуськова еще несколько раз ездила к Нике, но та охрану предупредила, и Сашу в поселок более не пускали, секьюрити даже пригрозили ей полицией. Вот и пришлось отлипнуть от Вероники. Вообще-то у Александры метод такой: не пускают в дверь — лезет в окно. Закрыли окно? Просочится в форточку. Устраивает осаду, и в конце концов человек сдается.
Со мной так и случилось. Я совсем не хотела Змея изводить, но сестра ко мне пристала прямо как репей. Вот я пару раз и сделала, что она хотела.
— Что именно? — спросила я.
Аня опустила голову.
— Подсовывала ему записки с угрозами. Пуськова мне пообещала, что отец алименты нам точно заплатит, главное — его напугать. У нее, мол, есть доказательства того, что Касьянов убил нашу маму. Причем не абы какие, а кадры самого убийства.
