А ведь еще недавно она казалась ему жуткой гордячкой. Разве гордячки благодарят?
«Может быть, у меня с ней будет и не на один раз…» — он уже допускал эту мысль.
Вряд ли он завтра проснется абсолютно к ней равнодушным. Скорее уж, будет желать ее так же или даже сильнее. Возможно, стоило забрать сегодня Адель сразу к себе домой, так будет лучше всего. Но сначала…
— Сначала я получу заслуженное…
С этими мыслями Глеб двинулся к двери в ванную.
Еще вчера он заметил, что замок здесь — чистая фикция. При повороте механизм издавал характерный звук, но по факту дверь оставалась незапертой.
Вот и сейчас он спокойно крутанул ручку и вошел.
Адель нежилась под душем.
Глеб некоторое время любовался ее силуэтом через душевую шторку. В зобу буквально дыхание сперло, так захотелось оказаться рядом… Забраться к ней в ванну сзади, наклонить гибкую спинку своей любимой переводчицы и вживую проверить, как у нее внутри там все устроено. Одними мечтами удовлетворен не будешь.
Всё же решил появиться спереди, а не сзади.
Отодвинул шторку и обомлел, нагло уставившись на открывшиеся взору обнаженные круглые мячики. Чуть слюной не изошел. Даже не сразу понял, что Адель завизжала. Очнулся, лишь когда она прикрылась шторкой для душа.
— Совсем больной? Ты что тут делаешь?! — кричала она.
Он громко сглотнул, посмотрел ей в лицо, а там столько возмущения… будто он минимум станцевал на могиле ее любимой бабушки.
В этот самый момент понял — игры ему надоели, притворяться он больше не хочет и ей не позволит. Всё просто: она женщина, он мужчина, и они должны соединиться!
Как сомнамбула двинулся к ней, не слушая воплей.
Шагнул в ванну.
— Не смущайся… Тебе понравится… — зашептали его губы.
Вряд ли осознавал, что нес, и очнулся, лишь когда Адель со всего размаху врезала ему по лицу.
— Пошел вон, псих!
— Ты обалдела?! — взревел он с перекошенной физиономией.
— Вы что там, в своей Super Lingva все озабоченные? — завизжала она с новой силой. — Я тебя в ванну с собой не звала!
При этом она уже практически замоталась в шторку прямо как гусеница шелкопряда, пряча от него свои чудесные формы.
— Да брось, я же тебя привлекаю… — развел руками Жаров.
— С чего ты сделал этот абсурдный вывод?!
— Ты терлась об меня ночью! — громко сообщил он.
Сафронова на полминуты замерла, не найдясь с ответом. Потом упрямо вздернула подбородок:
— Глеб, ты предпоследний человек на планете Земля, с кем я согласилась бы заняться сексом!
* * *«Это ж надо такое ляпнуть! — ругала она себя.
