Если бы она это сделала, Жаров тут же пустился бы на абордаж. Уже мысленно занялся с ней любовью на этой кровати раз этак двадцать, а то и тридцать — в самых невероятных позах, какие только пришли в его развратную голову.
«Воробушек уже, наверное, свыклась с мыслью, что мы сегодня переспим, — вдруг решил он. — Попкой об мои причиндалы ночью терлась? Терлась! Вот пусть пожинает плоды! Я не железный…»
С этими мыслями Жаров соскочил с постели и направился прямиком в ванную, откуда раздавался звук льющейся воды.
Значит, Адель там.
Представил ее голой и громко сглотнул.
— Ну всё, Воробушек, готовься, время пришло! — проговорил он с плотоядной улыбкой. — Сейчас как прижму тебя к стеночке…
Глава 20. Курс на сближение
У дверей в ванную Глеб стащил с себя футболку, остался в одних трусах. Плавки обтягивали его как вторая кожа — любимая модель нижнего белья подчеркивала весьма внушительное содержимое. И содержимое это сейчас находилось в весьма приподнятом настроении. Впрочем, оно таким было почти всю прошлую ночь.
У Жарова уже скулы сводило от желания получить наконец тело Адель в свое полное и безраздельное пользование. Руки тряслись в предвкушении.
Он всегда знал, что Адель его привлекает физически, но после всего пережитого… Это уже превратилось не в простое влечение, а нечто гораздо, гораздо большее."
"Нести ее на руках было просто неописуемо приятно. Возникло такое чувство, словно он — властелин мира, победитель олимпийских игр или гонок «Формула-1». А как крепко она за него держалась? Обнимала, прятала лицо от снега у него на плече… Он млел от счастья, пока нес ее в гостиницу, почти не чувствовал усталости в напряженных, затекших мышцах.
Он бы и дольше ее пронес, тащил бы столько, сколько нужно.
А это ее робкое «спасибо»? Как необычно слышать его из женских уст…
Глеб редко сближался со своими пассиями. Девчонки для него были по большей части способом избавиться от сексуального напряжения. Никого близко к сердцу не подпускал, да и не того они сорта.
Жарова всегда привлекал один весьма характерный тип женщин — красавицы с самомнением особ голубых кровей. Спасибо? Ну уж нет, в другой жизни… Особы королевской крови не благодарят. Прямо как его мать: что бы он ни сделал, как бы ни старался, никогда не был для нее хорош или достоин простой благодарности.
Глеб не только об Адель был невысокого мнения, а обо всех женщинах в принципе.
Воробушек же взяла и поблагодарила… привычно так, как будто делала это часто.
