Она сидела в уголочке, вся зажатая, как после директорского нагоняя, рукой придерживала полы блузки.
— Ну что такое? — спросил он, подойдя к ней.
— А вдруг кто-то услышал, как мы с тобой… — проохала Адель и сжалась еще больше.
— Не бойся, в бюро уже никого нет!
Эта информация чрезвычайно ободрила Воробушка. Она с благодарностью взяла у Глеба рубашку, стянула свою блузку и надела белую хлопковую обновку.
Жаров залюбовался тем, как Адель смотрелась в его вещи.
«Какая же она маленькая…» — подумал с улыбкой, наблюдая, как Воробушек подкатывала слишком длинные рукава.
Рубашка доходила ей до колена, и это без преувеличения.
— Она кошмарно велика, — прикусила губу Адель.
— Брось, ты замечательно выглядишь!
— Прикалываешься, да?"
"— Нисколько! — заявил Жаров самым уверенным тоном, на какой только был способен. — Поедем домой!
Он достал ее куртку из шкафа в переводческой комнате, надел потертую вещицу на ее худенькие плечи и решил — пора куртку на помойку. Он завтра Адель шубу купит.
Запер офис и повел Воробушка к машине. Через пару минут они уже мчались по улицам вечернего города.
— Подожди, ты куда едешь? — вдруг насторожилась Адель.
— Как куда? Домой! — пожал Глеб плечами, на всякий случай уточнил: — Ко мне домой, разумеется!
— Зачем? — взвизгнула она чересчур резко и захлопала ресницами.
— Как зачем? — Для Глеба ответ был очевиден. — Повторим то, что случилось в лекционной…
— Я не хочу! — вдруг заявила Адель, чем ввела Жарова в полнейший ступор.
— Но я же… мы же… Адель, мы были вместе! К чему теперь зажиматься? — прорычал он привычным командным тоном.
— Не кричи на меня! — вдруг разозлилась она.
— Я разве кричу? — удивился Глеб.
— Ты орешь!
— Я не хотел… Я… В общем, извини! — тут же сменил он интонацию.
Потом резко затормозил, повернулся к Адель и, глядя ей прямо в глаза, заявил:
— Только не надо меня опять от себя отпихивать! Я встречаться с тобой хочу… Серьезно!
С этими словами он положил руку ей на коленку, а Воробушек отпихнула ее совсем как тогда, в горах.
— Что, опять нельзя? — разозлился он. — Ну мы же были с тобой только что! Я ж не только коленку трогал… Или жалеешь? — Он пристально вгляделся в ее лицо, считывая каждый жест, каждое микродвижение, стараясь понять, где правда. — Ты жалеешь, что мы сделали это, Адель?
Смотрел-смотрел, а разгадать, что творилось в ее голове, так и не смог.
— Просто всё очень неожиданно… — вдруг заговорила она. — Мне нужно прийти в себя.
