Машина, треща винтом и поднимая облака пыли, коснулась земли, сдвижная дверь открылась, двое выбрались наружу. Одеты просто и неброско, вроде как для работы на ранчо, оба вооружены. Когда подошли, мнение насчет мексиканцев пересмотрел – это индейцы, самые что ни на есть чистокровные. Когда тот, что шел первым – довольно высокий, плечистый, лет под сорок, наверное, заговорил, я понял что он из индейцев местных.
– Мы по поручению отца О'Мэлли. – Старший протянул мне руку. – У вас есть человек, которого мы должны увезти.
– Все верно. – Я протянул руку второму.
Второй был моложе, к тридцати, он просто тряхнул мою ладонь и кивнул. На шее я у него заметил простой католический крест на шнурке. С поправкой на иезуитов я решил, что это папаго, или, как они себя сами называют, «тахоне аатум», а слова «папаго» они не любят, потому что оно означает «едоки фасоли». Это для них как «на Украине» говорить вместо «в Украине», или даже хуже. В резервации иезуиты давно обосновались, там и церковь такая, что считается достоянием штата, и иезуитская школа, и много что еще, это еще с испанских времен тянется.
В отличие от других индейцев с их «исконными» именами у папаго имена испанские, то есть отцы иезуиты их давно на новый лад перевоспитали.
– Пошли, она внутри, – кивнул я на дверь.
Индейцы зашли следом, вежливо поздоровались с Роситой и Гарри Бисоном, потом довольно мягко подхватили Элизабет Хименес под локти, впрочем, не снимая наручников, и повели ее на выход. Она не сопротивлялась.
А вскоре вертолет снова поднял винтами огромное облако пыли и взлетел, быстро набрав скорость и устремившись к горизонту.
Часть вторая
Глава 1
Роситу я попытался отправить домой, предварительно с планшета проверив записи камер за ночь из дома, но никто подозрительный ни в доме, ни во дворе не появлялся. Да и не срабатывала тревога, присылая сообщения на мой телефон. Наказал ей на подъезде провериться еще раз, а потом завалиться спать, заперев все накрепко, чтобы враги не прошли.
Но она вроде и согласилась, но никак не уезжала. Такое ощущение, что ей хотелось самой увидеть, что будет дальше, боялась события пропустить.
Сам же я решил снова спуститься. Элизабет Хименес в ходе наших бесед все же созналась, что один раз внизу подъезжала к Сидоне и дом под воронкой света видела. Просто запомнила, где он находится, не слишком точно – не она была за рулем и не было такой необходимости. Но какие-то приметы места она мне уже описала.
