Оставляет влажный поцелуй на моих губах, упирается лбом в мой, смотрит в глаза, отрывисто и хрипло дыша.
— Захар… — чувствую, как сейчас внутри меня что-то лопнет. Мне приятно и немного страшно.
Боже, что же будет, когда он будет со мной совсем не так, а по-настоящему…
— Ччч, — дышит в губы. — Не бойся своих ощущений, мышонок. Все хорошо. Все правильно.
Он зажимает подушечками пальцев чувствительную точку у меня в трусиках. Перекатывает ее, массирует, и это происходит. Мой первый оргазм. С ним. Прямо сейчас. Глаза в глаза.
Его темнеют. Что с моими, не знаю. Мне сложно дышать и управлять своим телом. Его бьет крупной дрожью. Оно подчинено Захару. Медленные, влажные движения его пальцев не дают мне прийти в себя. Его теплые губы ласкают мои.
— Вот так… — шепчет он. — Моя малышка.
Придерживая меня одной рукой, второй поправляет на мне одежду и просто обнимает, прижимаясь губами то к виску, то к макушке. Я слушаю, как в его груди грохочет сердце. Как из легких вырываются рваные выдохи. Чувствую, как все еще пульсирует его возбужденный член.
— Стась, я безумно тебя люблю. Ты мне веришь? Посмотри мне в глаза и скажи, что веришь, — просит он.
А мне так неловко, кто бы знал. Я чувствую свой запах на его пальцах, у меня еще дрожат ноги и внизу живота по-прежнему сладко ноет. И смотреть в глаза тому, кто еще недавно был просто братом, так стыдно…
— Прекрати меня смущаться, — улыбается Захар, как обычно, легко меня прочитав. — Мы уже перешагнули эту черту. Обратной дороги не будет.
— Я понимаю.
— Ответь на мой вопрос, пожалуйста, — напоминает он.
— Я тебе верю, — шепотом.
— Зафиксируй эти слова вот здесь, — касается двумя пальцами моего виска. — На базе Алиса. Представилась всем моей гражданской женой.
— Ч-что?!
Глава 30
Захар
— Спокойно, мышонок. Выдыхай. У меня с ней больше никогда ничего не будет. Ковалева заявилась еще утром. Через своего отца договорилась, что останется на ночь. Я сейчас тоже попрошу у отца помощи и уеду с ней в город, потом вернусь обратно на базу. Я бы очень хотел провести остаток дня с тобой, но эта стерва окончательно потеряла границы.
Придется решать с ней кардинально. Может так дойдет. А через неделю мы здесь закончим, я вернусь домой и буду весь в твоем распоряжении.
Она встает на носочки, целует, обнимает меня за пояс и прижимается щекой к груди. Глажу ее по спине, длинным волосам, накручиваю прядку на палец.
— Ревнивая моя, — улыбаюсь.
— Я не ревнивая, — бубнит мне в грудь.
— Угу…"
"Прислушиваюсь к внешним звукам.
