Если бы не Катя, не запоздалое, но все же участие Эйдинова в ее судьбе, здесь прозвучали бы иные слова. А сразу по возвращении Марковцева в квартире Владимира Николаевича мог раздаться хлопок пистолетного выстрела.
84"
"Чеченская Республика, 26 декабря
«Герои»-майоры возвращались. Один – в расположение своей роты, другой – в штаб. Везли их в обычном «уазике». Кроме них, в машине находился только водитель с ястребиным носом и цепким взглядом – старший лейтенант ГРУ Владимир Коротченков. Впереди «УАЗа» коптил выхлопными газами БТР с отделением мотострелков на «борту», позади шел «Урал», до отказа набитый автоматчиками.
На пограничном КПП колонну остановили. Подошли омоновцы, проверяя, нет ли в машине гражданских. Федералы отметили военную колонну и пропустили дальше.
Шесть километров пути, и еще один пост, который колонна прошла, не останавливаясь.
«Может, пронесет», – думал Алексей Казначеев, чье имя теперь знала вся страна. Имена разведчиков остались в секрете, выделили только командира роты.
Прозвучало лишь имя – Алексей, лицо его режиссеры скрыли под мозаикой. Но что значит мозаика или ретушь на пленке? Это часть монтажа; а нетронутый отснятый репортаж хранится особо, часто он изымается теми или иными спецслужбами. Но не так часто. Не повезло Алексею и в другом – произошла утечка информации, и его фамилия стала известна чеченским ваххабитским лидерам: как маску, скоро с него сдернут мозаичную личину, чтобы повторить репортаж, чтобы вся страна узнала героя в лицо.
Жена Алексея Казначеева будет гордиться своим мужем, оплакивая его. Но женщины имеют право на счастье, пусть даже горькое.
Колонна проехала «контрольную точку», и в пятидесяти метрах от БТРа грохнул радиоуправляемый фугас, и тут же еще один. Стрелки повалили из бронетранспортера и залегли у насыпи. Позади «уазика» натужно скрипнул тормозами «Урал», останавливаясь и вытряхивая автоматчиков из кузова.
Вслед Владимиру Коротченкову неслись крики солдат: кто-то одобрял действия смелого водителя, на большой скорости объехавшего БТР и увозившего с опасного места двух офицеров, кто-то матюгался на него, скрывшегося без сопровождения за опасным поворотом.
В ста метрах от «засады» Коротченков остановил машину рядом с белой «шестеркой», съехавшей на обочину. Из «Жигулей» вышли два человека с автоматами и в упор расстреляли двух «героев». Опустошив магазины «Калашниковых», они сели в машину и уехали.
