Теперь пришла пора Марку показать, на что он способен. Мастер еще не успел зафиксировать ствол, как Сергей, стремительно сократив дистанцию, чуть припадая на опорную ногу, с ходу ударил противника в голень. Это от испуга можно случайно нажать на спусковой крючок, острая же боль в ноге ослабила руку Мастера, и выстрел не прогремел. Во время удара ногой правая рука Сергея ушла к противоположному боку и, заряженная, выстрелила обратной стороной ладони в шею Мастера. Два удара практически слились в один, последний оказался настолько силен, что Михеев отлетел к ногам генерала.
Упал он без чувств, таким ударом можно убить человека.
Катя сделала шаг назад, уступая место операм. Генералу завернули руки за спину, щелкнули наручниками, на голову тут же надели плотный полиэтиленовый пакет черного цвета.
– Дорогу! – Петров стоял в дверях и руководил «эвакуацией». На огромной скорости оперативники протащили мимо изумленной толпы генерала и его бесчувственного помощника.
Только сейчас можно было с уверенностью сказать, что Михеев приехал встречать шефа один.
Сергей подобрал с пола пистолет агента ГРУ и передал его даме. Сейчас он пренебрег правилами приличия и вышел из багажного отделения впереди Кати. Она двигалась последней, открыв на ходу сумочку и вложив в нее пистолет Мастера. Себе врать она не могла: взгляды, которыми ее провожали, доставляли ей удовольствие и заставили ее порозоветь еще больше.
Поравнявшись с Марковцевым на выходе из вокзала, Катя тронула его за руку:
– Спасибо, Сережа.
Ответит он скорее всего: «За спасибо сыт не будешь».
Она не ошиблась. Покачав головой, Марк сказал:
– Даже в смертельно опасной обстановке ты не можешь оторвать от меня глаз.
30
Москва, 5 декабря
Эйдинов стоял у окна своего кабинета и поджидал кортеж с арестованным генералом и его телохранителем. Он был спокоен и заранее выбрал тактику допроса Зубахина. Пока он не решил, кому из оперативников доверить обработку Мастера.
Тот же начальник 1-й группы Петров, бывший губоповец, мог справиться с этой работой. Но больше шеф отдела склонялся к мысли отдать Михеева агенту Вергилию, хотя бы потому, что тот брал Мастера в аэропорту, – это дополнительный фактор давления. Принять этот вариант мешало ревнивое отношение к агенту других офицеров отдела, которые в последнее время не выходили из-под мрачной тени Вергилия.
