Я начинала думать, что Джейли права: я не являюсь целью Колума. Если это и в самом деле так, то, может быть, мне удастся спастись. Так я думала вплоть до той минуты, как появилась женщина с холма.
Едва она выступила вперед, худая, сутулая женщина в желтой шали, как я поняла, что мы находимся в серьезной опасности. Она была не из жительниц деревни, я ее раньше никогда не встречала. Ноги у нее были босые, покрытые грязью дороги, по которой она пришла сюда.
— Есть ли у вас обвинения против двух этих женщин? — задал вопрос тощий судья.
Женщина была в страхе и не смела поднять глаза. Но она коротко кивнула, и толпа затихла, обратившись в слух. Женщина говорила очень тихо, и Матт должен был попросить ее повторить сказанное.
У них с мужем, говорила женщина, был больной ребенок. То есть он родился здоровым, но потом начал слабеть и хиреть. Наконец они решили, что ребенка подменили эльфы, и положили его на ложе эльфов на холме Кройч Горм. Они остались там, чтобы забрать собственного ребенка, когда эльфы вернут его, но вдруг увидели, как две леди, которые стоят здесь, подошли к ложу эльфов, взяли ребенка и начали произносить над ним какие-то непонятные слова.
Женщина держала сложенные худые руки под передником и все время двигала ими.
— Мы с мужем пробыли там всю ночь. Когда стало темно, там появился огромный демон, он был совсем черный и подошел без единого звука и наклонился над тем местом, куда мы положили ребенка.
Ропот ужаса пронесся по толпе, а я почувствовала, как приподнялись волосы у меня на затылке, хоть я и знала, что «огромным демоном» был Джейми, подошедший посмотреть, живо ли еще дитя.
Я подбадривала себя, зная, что последует дальше.
— Когда взошло солнце, мы с мужем подошли туда и нашли оборотня мертвым, а нашего собственного дитятки не было и признака.
С этими словами женщина закрыла лицо передником, чтобы скрыть слезы.
И как будто мать оборотня подала некий знак, толпа разделилась и пропустила погонщика Питера. Я внутренне застонала, увидев его.
Я чувствовала, что после рассказа женщины настроение толпы обернулось против меня: не хватало теперь только этого дурня с историей о водяном коне.
Упиваясь мгновениями собственной славы, погонщик напыжился и театральным жестом указал на меня.
— Это правильно, что вы называете ее колдуньей, уважаемые лорды! Я своими собственными глазами видел, как эта женщина вызвала из вод озера Дьявола водяного коня, чтобы он выполнял ее повеления.
