— А как вы считаете, что сказал бы по этому поводу герцог Сандрингем?
Он опрокинул горячий чай на обтянутое замшей колено и разразился восклицаниями, которые доставили мне большое удовольствие.
— Ай-яй-яй, — посочувствовала я."
"Он замолчал, весь вспыхнув. Чашка лежала на полу, ее коричневое содержимое впитывалось в бледно-зеленый ковер, но Рэндолл не позвал ординарца. Сбоку на шее у него дергался маленький мускул.
Я уже нашла стопку накрахмаленных носовых платков в левом верхнем ящике письменного стола, рядом с украшенной эмалью табакеркой.
Достала один и протянула ему.
— Надеюсь, пятна не останется, — выговорила я сладким голоском.
— Нет, — сказал он, не обращая внимания на платок. — Нет, это невозможно.
— Почему же? — спросила я, изображая полное безразличие и в то же время думая, что именно невозможно.
— Мне бы сообщили. Кроме того, если вы работаете на Сандрингема, то какого дьявола вы вели себя так нелепо?
— Возможно, герцог проверяет вашу лояльность, — высказалась я наобум, приготовившись, если понадобится, вскочить на ноги.
Он прижал к бокам стиснутые кулаки, а до брошенной на письменный стол плети легко было дотянуться.
— Это вы испытываете мое легковерие. Или мою способность сдерживать гнев. То и другое невелико, уверяю вас, мадам!
Глаза его сузились, оценивая ситуацию, и я сделала стремительное движение. Он бросился на меня, но я отскочила в сторону. Схватила чайник и запустила в него. Он уклонился, и чайник с грохотом ударился в дверь. Ординарец, который дежурил снаружи, просунул в дверь голову.
Тяжело дыша, капитан нетерпеливым жестом поманил его в комнату.
— Хватай ее! — грубо приказал он и метнулся к столу.
Я начала глубоко дышать — чтобы успокоиться, а также запастись воздухом на тот случай, если через мгновение мне это уже не удастся.
Но вместо того чтобы ударить меня, он выдвинул правый нижний ящик стола, который я не успела обследовать, и вынул оттуда длинную тонкую веревку.
— Что же это за джентльмены, которые держат веревки в ящиках письменного стола? — с презрением спросила я.
— Предусмотрительные, мадам, — пробормотал он, связывая мне кисти рук за спиной. — Идите, — скомандовал он ординарцу, указывая головой на дверь. — И не суйтесь сюда, что бы вы ни услышали.
Это прозвучало достаточно зловеще, и мое предчувствие оправдалось, когда он еще раз полез в ящик стола.
В ножах есть что-то, лишающее вас присутствия духа. Мужчины, совершенно бесстрашные в рукопашной борьбе, отступают при виде обнаженного лезвия.
