— Вы догадались, что я вовсе не Мактевиш?
— А лэрд об этом знает?
— Что я вне закона? Да, Колум знает. Многие люди в горах Шотландии, похоже, знают об этом. То, что произошло в Форт-Уильяме, вызвало большой шум, а новости распространяются быстро. Они только не знают, что Джейми Мактевиш и есть тот самый человек. Надо надеяться, на меня не наткнется тот, кто встречался со мной, когда я жил под своим именем.
Волосы у него все еще торчали в беспорядке. Мне вдруг захотелось пригладить их, но я удержалась.
— Почему вы так коротко подстригаете волосы? — неожиданно для себя спросила я и покраснела.
— Простите, это совсем не мое дело, просто я вижу, что другие мужчины, кого я тут встречаю, носят длинные…
Он провел рукой по взлохмаченной голове и ненадолго задумался.
— У меня они тоже были длинные, как положено. Теперь они короткие, потому что монахи выбрили мне затылок и надо ждать несколько месяцев, пока волосы отрастут.
Он наклонил голову на грудь и предложил мне посмотреть ему на затылок.
— Видите, прямо поперек всего затылка?
Раздвинув густые волосы, я увидела еще розовый и слегка выпуклый рубец от раны длиной примерно в шесть дюймов и слегка провела пальцем по всей длине рубца.
Рану хорошо лечили и при этом накладывали швы; тот, кто этим занимался, знал свое дело, — ведь края свежей раны расходились, очевидно, широко, и кровотечение было обильным.
— У вас бывают головные боли? — задала я чисто профессиональный вопрос.
Джейми выпрямился, снова поправил растрепавшиеся волосы. Кивнул.
— Иногда, но теперь уже не такие сильные. Месяц или даже больше после того, как это случилось, я ничего не видел и голова болела чудовищно все время. Когда ко мне вернулось зрение, головные боли начали ослабевать.
Он несколько раз моргнул, как бы проверяя, хорошо ли видит.
— Глаза иногда затуманиваются, — объяснил он, — если сильно устану. Предметы как-то расплываются по краям.
— Как вы еще живы остались, вот что удивительно, — сказала я. — У вас, должно быть, очень крепкий череп.
— Что верно, то верно. Кости толстые, как у моей сестры.
Мы оба рассмеялись.
— Как же это случилось? — спросила я.
Он нахмурился, и на лице появилось выражение неуверенности.
— В том-то и вопрос, — медленно проговорил он. — Я ничего об этом не помню. Мы тогда были вместе с ребятами из Лох-Лаггана у прохода Кэрриарик. Помню, я начал подниматься вверх по холму через густую чащу, помню, как укололся о шип падуба и подумал, что капли крови напоминают красные ягоды.
