Обрабатывать. Чтобы голова ясная оставалась. А не наоборот.
Скриплю зубами. Но разворачиваюсь и выхожу из палатки.
Давид прав.
Потом. Все потом. Другие сейчас задачи. Посрочнее.
51 Глава 51
* * *Я не должен был возвращаться. Но мы почти справились. Почти закончили.
Арман, даже раненый. Никого не стал слушать. Остался.
А я, как дурак самый больной, вскочил в вертолет.
К ней.
Все время к ней.
Пули свистят. А мне каждую минуту кажется, что я сдыхаю. Пока ее не вижу. Запаха ее не чувствую. Голоса не слышу.
И что с ней обязательно случиться что-то. Страшное. А меня рядом нет и защитить некому.
И от этого все внутри переворачивается. Внутренности сжимает.
Не мог остаться. Да и братья дальше справятся. Если что, вернусь. Но мне… Мне хоть на пару минут ее увидеть. Прикоснуться. В волосы ее лицом зарыться. Мне хватит. Всего минуты. Всего одной.
* * *Спит уже, когда я почти врываюсь в ее спальню."
"Теплая. Разнеженная. Такая нежная. Такая невыносимо любимая.
И я замираю, как последний идиот.
Смотрю, как слегка шевелится во сне.
Как приоткрываются сочные губы.
Любуюсь румянцем на ее щеках.
Игрой луны, бликами играющей в густых локонах.
Да. Я одержим. Я сошел с ума.
Одержим ей одной, этой маленькой женщиной.
И прежде я бы сам считал себя безумным. Сумасшедшим. Хуже наркомана, которого надо лечить.
Но теперь я знаю другую правду.
Знаю. Знаю наверняка.
Что только вот такой безумец. Только он и может быть живым.
Все остальные просто ходячие трупы по сравнению со мной теперешним.
Я сам. В прошлом. До нее. Просто ходячий труп. Оружие. Компьютер. Что угодно. Но только не человек. Который чувствует себя по-настоящему живым! Который и живет по-настоящему!
Медленно подхожу к ней.
Как к святыне.
Даже воздух, кажется, сгущается там, где она. Моя Мари.
Рвано колотится сердце.
Скидываю пропахшую гарью одежду, отшвыривая в сторону. Жалея, что не сделал этого раньше. До того, как вошел к ней.
От этого. От этого я тоже должен ее уберечь! От всего, что за границей нашего маленького мира.
Нашего. Но есть ли он у нас?
Укладываюсь рядом. Глаза закатываются от наслаждения ее близостью. От ее дыхания. Тепла кожи. Того, как она иногда рвано вдыхает с силой и дергается.
Что тебе снится? Что ты видишь там, за гранью мне позволеного для входа, Мари?
Обхватываю рукой, но она дергается. Отстраняется. Даже во сне.
Сжимается калачиком на постели.
А меня бьет. Словно кнутом лупит.
