При мысли о сыне обида и возбуждение начали отступать, я с улыбкой представляла, как мы будем развлекаться в построенной Береговым снежной крепости. А потом навестим Агату и маленького Дара.
Ведь у нас всё наладилось. Мы — семья! Саша, пока муж лежал без сознания, потихоньку привык к присутствию отца и уже не так шарахался его внешности. Я нарочно дни проводила у постели Лютого, читала сыну, привлекала мальчика к уходу за неподвижным мужчиной.
А после вчерашнего и о разводе не может быть речи.
Лютый хочет меня даже такую — смешную и неуклюжую. Он доказал это… Было приятно вспоминать, как он сдерживался, как мягко брал меня, контролируя глубину и силу толчков. Как дрожал при этом, явно желая большего.
Я доверилась ему полностью, зная, что Береговой не причинит вреда ни мне, ни малышке. Я улыбалась своему отражению и, подкрашивая ставшие бледными губы блеском, вспомнила, что нужно принять витамины. Я хочу выглядеть ярко. Хочу быть желанной для своего зверя.
Спустившись, увидела отца в холле и удивилась:
— Папа? Ты не на работе?
Отец положил планшет рядом с чашкой кофе и поднялся из-за стола мне навстречу.
— Доброе утро, — поцеловал он меня. — Ты сегодня сияешь.
— Что-то случилось? — насторожилась я. — У тебя вид… странный.
— Я жду адвоката Берегового, — глянув на часы, пояснил отец. — Он должен приехать с минуты на минуту.
— Адвоката? — Сердце моё дрогнуло. — Зачем?
Неужели Лёша всё же хочет развестись? Но сегодня ночью мы помирились! Я вспомнила шёпот мужа о том, что он меня отпустит, и поджала губы.
Не позволю Береговому бросить меня ещё раз. Пусть и не мечтает о разводе! Он обещал, что будет моей опорой.
— Твой муж даст показания против Чехова, — ровным тоном пояснил отец. — У Берегового есть такие доказательства преступлений оборотня в погонах, после обнародования которых Чеха посадят навечно.
Я растерянно моргнула, не ожидая такого ответа. Обрадовавшись, взяла папу за руку:
— Так вот зачем адвокат? — Рассмеялась и покачала головой: — А я подумала… — Осеклась и, ощутив, как по спине прокатился ледяной холод, прошептала: — Погоди.
Но Лютого тоже посадят.
— Это его выбор, — равнодушно пожал плечами отец и, взяв мою руку, поцеловал.
Я же смотрела на мужа, который вошёл в дом. В облаке ворвавшегося в холл мороза, он застыл, наткнувшись на мой взгляд.
Глава 35
Лютый
Лина смотрела на меня с такой яростью, что я понял — она знает.
