Кроме секретера здесь стояли два тонких и изящных кресла, круглый стеклянный столик. Спальня Катарины была отделана в сливочно-желтых тонах. А гостиная радовала прекрасным коралловым оттенком.
- Надо как-то разнообразить все это благолепие, - вздохнула мэдчен ван Ретт и придвинула к себе чистые листы.
Так что к визиту нянюшки у Катарины было готово два графических рисунка. Карикатура на белатора Альтгара и кошка в ветвях рябины. Катти не была прирожденным художником. Но воспитание благородной мэдчен предполагает уроки живописи, пения и вышивки.
От последнего плакала как Катти, так и нянюшка.
- А похож, - хихикнула эйта Талем и чмокнула воспитанницу в щеку. - Без нас ты остаешься, Катти. Бесы бы драли эти правила. Вот только поможем тебе разложиться, и все. Дальше чужие будут за тобой присматривать.
Шумный причитающий вихрь промчался по комнатам. Нянюшке не понравилось все - постель плоха, белье ужасно. Ковры вытертые, занавески тонкие. Шкаф ненадежный, дверь хлипкая. Под конец пожилая женщина села и горько заплакала, что оставляет свою девочку в этом гнезде нищеты.
Катарина только глазами хлопала - белья такого качества в семье ван Реттов не водилось. Тончайший тюль был очарователен, а ковры...По этим коврам Катарина мечтала босиком походить - настолько густым выглядел ворс.
- Да как так-то? Цветочек наш и без присмотра.
Обняв няню, Катти погладила ее по голове и тихо сказала:
- Все будет хорошо. Смотри, какое мне украшение подарил принц. Белое магическое золото.
За сдержанность.
- Вот и матушка твоя сердиться перестанет. Очень осерчала мора ван Ретт, что проводить ты себя не дала.
- Я бы не успела, - проворчала Катти.
Няне позволили задержаться до самого ужина. Пришедшая Росица принесла поднос, накрытый круглой высокой крышкой, и попросила эйту Талем уйти.
Катарина на прощание обняла няню и отдала ей рисунок с рябиновой кошкой.
- Вернусь, в цвете нарисую, - пообещала Катти.
Когда няня ушла, мэдчен ван Ретт немного посидела, погипнотизировала поднос и пошла стучаться к Мадди.
В одиночестве можно сойти с ума. А вдвоем всяко веселее.
Глава 4
Катти сидела перед зеркалом и терпеливо ожидала окончания экзекуции, у Росицы были очень грубые, жесткие руки. Она неприятно дергала и тянула за волосы. Но итоговый результат стоил того, чтобы потерпеть: каскад тончайших косичек и локонов подчеркивал красоту мэдчен ван Ретт.
- У вас прекрасный дар, мэдчен, - произнесла Росица.
