Видишь ли, устав белаторов, устав который мы клянемся соблюдать, прямо и недвусмысленно запрещает нападать друг на друга. Подстраивать ловушки, способные привести к смерти или увечью.
- А весь ближний круг короля клялся не причинять вреда его семье, - добавил Лиаду. - Очень вкусно, кстати. И получается, что советник не мог курировать покушение на меня, но мог - на Альтгара. Значит, где-то есть тот, кто подстроил ловушку Гару.
- И вы считаете, что это могла быть Восьмая. - Ван Ретт согласно кивнула. - Она так усердно прячется.
И так уверена в своей исключительности.
- Либо же она - отвлекающий фактор, - рассудительно добавила Германика. - Мы имеем ворох вопросов.
- И личин, - протянула Катарина. - Мне нужна экстренная связь с тобой, Гар. Если Восьмая еще раз захочет со мной поговорить, я соглашусь провести ее к принцу.
- А принцем буду я, - широко улыбнулся Гар. - Прекрасная мысль.
- И мы тоже будем неподалеку, - хищно усмехнулась Германика. - Но на ближайшее время - ты, Катарина, и Мадди должны хорошо показать себя на балу.
До первого бала Восьмая не появится. Но, возможно, придет на бал.
- Особенно если напомнить ей про Зов, - хмыкнул Лиаду.
Мора Ровейн настолько плотоядно потерла руки, что Катарина передернулась.
- Исполню в лучшем виде. Цветочек, сделай нам еще по чашечке. Люблю твой сбор.
- Медовый, - улыбнулась Катарина.
- Как тот, который мы собирали? - с легкой грустью спросил Альтгар.
- Да.
Через несколько минут чай исходил ароматным парком, а Германика вслух перебирала причины, по которым она Зовом вытащит невест на крыльцо.
- А может... О, это будет уморительно. И не смотри на меня так укоризненно, - мора Ровейн подмигнула Катарине, - мы делаем все, чтобы наш возможный кукловод поверил - у него все вышло. Собственно, это еще одна причина, по которой Восьмой позволено гулять по дворцовому парку.
Катарина отпила глоток, поставила чашку на стол и негромко спросила:
- Я не нашла в книгах ничего об истинных целителях. Что в них такого?
- Филигранная работа и запредельный запас сил.
А так же возможность отменять большинство проклятий и неудачных ритуалов. Из тех, что затрагивают душу. - Германика даже пальцы загибала. - За них в Келестине полагается смертная казнь, а потому случай Лиаду - огромная редкость. Так что если эта горе-беженка рассчитывает на богатую практику, ей придется сильно разочароваться. Впереди у нее всяческие насморки, обморожения, порезы и царапины - обычная жизнь обычного целителя.
