Но Хью… был чуткий и добрый, порядочный и страстный, и он действительно ее полюбил.
Снаружи донесся скрежет колес о гравий. Элиза вытерла глаза – не надо, чтобы отец увидел ее заплаканной. Не успела она привести себя в порядок, как дверь широко распахнулась и в комнату стремительно вошел мистер Кросс – все еще в плаще и шляпе. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
– Рассказывай, что случилось. Почему ты приехала?
Элиза отступила на шаг, не позволив отцу взять ее за плечи и проговорила:
– Я приехала, потому что узнала о том, что ты сделал.
– Что?.. – Ей показалось, отец ее не услышал. С беспокойством глядя ей в лицо, он пробормотал: – Ты очень бледная…
– Я приехала, потому что узнала о том, что ты сделал, – повторила Элиза.
На этот раз до него дошел смысл ее слов, и лицо его словно окаменело. Элиза впервые видела отца таким.
– Что именно Гастингс тебе рассказал? – зловещим шепотом спросил отец.
– Правда ли, что ты скупил все долги Хью, не оставив ему выбора, вынудив жениться на мне? – спросила она.
– Вздор! – отмахнулся отец. – Кто сказал тебе такую чушь?
– Я нашла долговые расписки. Я знаю, что это сделал ты.
Отец был невозмутим. Но ответил не сразу.
– Да, я выкупил кое-какие долги Гастингса. Для перепродажи.
– Когда? – спросила Элиза.
Отец снова помедлил с ответом.
– Когда ты их выкупил, папа? До того, как он впервые пришел к нам домой? Если ты мне не ответишь, я сама обойду всех его кредиторов и узнаю правду.
Эдвард Кросс тихо вздохнул и пробурчал:
– До того.
– Зачем?
– Я воспользовался шансом, Лилибет.
Гастингс показался мне хорошим парнем, и я подумал, что если граф узнает тебя, а ты его, то тебе он может понравиться.
– А у него ты спросил? Он этого хотел? – в отчаянии прокричала Элизабет.
– У него был выбор, – в раздражении проворчал отец. – Я не говорил ему, что он обязан на тебе жениться. Никогда не говорил. Мы… вели переговоры. Обсуждали условия. Если бы ты его отвергла – значит, так тому и быть. Он, между прочим, потребовал неустойку в том случае, если его ухаживания не будут приняты.
Так что Гастингса едва ли можно назвать невинной жертвой.
– И сколько он запросил? – Сердце Элизы болезненно сжалось.
– Десять тысяч фунтов. Неплохие деньги за несколько визитов, тебе не кажется?
У Элизы перехватило дыхание, но она вдруг поняла, почему Хью потребовал именно такую компенсацию. Для Эдит! Мистер Бенвик ухаживал за ней, а Хью надо было собрать для нее приданое, причем сделать это следовало как можно быстрее.
