Бал в доме герцогини Вэр прибавил бы Элизе веса в обществе…
И тут Хью вспомнил, что до недавнего времени будущая герцогиня Вэр была в числе завсегдатаев карточного клуба. Ей бы самой пробиться в свет, не говоря уже о том, чтобы продвигать подруг, а леди Джорджиана еще не вышла замуж, и, следовательно, никак не могла повлиять на общественное мнение.
Хью не мог заставить себя пойти домой. На Пикадилли он свернул на восток – и ноги сами понесли его в «Вегу». Не все ли равно, где горевать? Хью пил редко, но сегодня заказал бутылку вина.
Сегодня напиться сам бог велел.
Когда Хью наконец-то побрел домой, луна уже стояла высоко в небе. Граф похлопал по карманам в поисках ключа, но вспомнил, что не взял его с собой, так как не рассчитывал вернуться поздно. К счастью, будить никого не пришлось – мать, как обычно, велела лакею дождаться хозяина.
– Послать за мистером Бернардом? – спросил лакей.
Хью отрицательно покачал головой. Зачем будить камердинера? Он мог раздеться и сам. На ходу он снимал шейный платок. Элиза, должно быть, уже крепко спала.
Впрочем, ему это только на руку. Рассказывать ей о том, что произошло в доме Ливингстона, Хью все равно не собирался. В узкой гардеробной он разделся и на цыпочках, чтобы не разбудить жену, вошел в спальню.
Шторы не были задернуты, и свет уличного фонаря падал на кровать. При его приближении Вилли поднял голову – между прочим, с его, Хью, подушки. Граф усмехнулся и тихо сказал:
– Вилли, в корзину.
Пес оценивающе на него посмотрел, после чего потянулся и разлегся на полкровати.
Элиза повернулась на другой бок и, не просыпаясь, обняла Вилли за шею, а тот, весьма довольный, помахал хвостом. Смысл этого жеста был предельно ясен: «У нее есть я, а ты тут лишний».
Хью в задумчивости посмотрел на спящую жену. Из всех участников этой драмы она одна была абсолютно невинна. Может, ее отец действительно сродни ядовитому пауку, что отравляет всех, кто попался в его паутину, но Элиза ему не чета. Хью не мог аннулировать брак, и, если уж начистоту, и не хотел этого.
И не только из-за огромного состояния тестя, но и потому, что Элиза стала ему далеко не безразлична. Она сгорит от стыда, узнав, что брак Эдит может сорваться из-за нее. Но ей нечего стыдиться. Хью видел, как старалась Элиза завязать дружбу с его матерью и сестрами. Она очень хотела им понравиться. И он пообещал ей, что они полюбят ее… со временем. Но если Бенвик упрется и откажется жениться на Эдит, то на это надеяться не стоило. И как ему с этим быть, Хью не знал.
