Подготовка была недолгой, но скрупулёзной.
Настя осторожно приподняла полог шатра и шагнула внутрь, держа в руках аккуратно свернутое платье. Ткань переливалась в свете лампы, словно расплавленная медь. Она развернула его бережно, губы расплылись в восторженной улыбке.
— Красивая! Смотри, какое изумительное платье! — воскликнула она. — Я достала его специально для тебя!
Ну… если быть честной, достала не совсем сама — Камилла перекинула из Москвы.
Красивая даже не взглянула. Только фыркнула по-тигриному, с лёгкой ноткой презрения, и, не сказав ни слова, развернулась и ушла, хлопнув хвостом на прощание.
Настя осталась одна, стоя посреди шатра, с платьем в руках и чуть потухшей улыбкой на лице. Несколько секунд она молча смотрела вслед полосатой спине, исчезающей за пологом.
Потом глубоко вздохнула.
— Ну ладно, — пробормотала она себе под нос. — Значит, придётся потрудиться.
* * *Рю но Сиро, Замок Дракона, Япония"
"— Хрусть да треск! Да можно, дать мне нормальную кружку⁈ Я не могу пить из этого наперстка! — рявкнул Ледзор, грохнув кулаком по резному столу так, что фарфоровый чайник подпрыгнул и жалобно подпыхнул.
Фарфоровые блюдца затряслись в синхронном ужасе, а злополучная маленькая японская чашка, едва прикрывающая два пальца, издала последний звонкий вздох.
Венглад — главный слуга Замка Дракона Рю но Сиро, узколицый, в чёрной униформе с вышитым журавлём — даже не дёрнулся. Только слегка поправил складку на манжете.
— Господин Одиннадцатипалый, это фарфоровый сервиз Рю но Сиро, — спокойно пояснил он.
— Древнейший набор, имеющий статус реликвии. В столовой допустимо пить только из него. Другой посуды в замке просто не предусмотрено.
— Только эти минзурки⁈ — изумился Ледзор, уставившись на чашку. — Это что, шутка такая? Или здесь всё миниатюрное?
Морхал ведь хотел просто попить чаю по-человечески. Нормального обычного чая — а не вот это вот всё: «сложи пальцы лотосом, сделай глоток, просветлись и поймани дзэн». Дзэн он уже поймал. И удушил.
— И что, нельзя было купить кружки⁈ — проворчал он, откидываясь на спинку стула, скрипнув деревом, и сверля Венглада тяжёлым, студёным взглядом, от которого ваза с икебаной на дальнем столике покрылась инеем.
Кострица, сидящая напротив за чайником, глянула на него сквозь пар. В её глазах блеснуло нечто между сочувствием и забавой.
— Да чего ты взъелся-то? Пей из чего дают, да и всё…
— Да как пить-то! — возмутился Ледзор. — В этой чашке даже язык промочить не успеваешь, как уже просишь доливку.
